N38 (47) 16 октября 2009   15.10.2009 | 23:04
Мыло
Рубрика: ладушки
Просмотров: 365
Версия для печати

На этой неделе участники процесса по делу экс-мэра Саратова Юрия Аксененко наконец-то решили приступить к прениям. В этом желании гособвинение и защита были на удивление единодушны, даже на подготовку к ним дружно попросили десять дней. Свои коррективы в стройный хор адвокатов и прокурора внес судья Владимир Стасенков.

Судя по всему, затянувшееся разбирательство уже порядком утомило и защитников Юрия Николаевича, и гособвинителя Ольгу Чернову. Оно и понятно. Московские адвокаты Михаил Боровский и Евгений Алымов вынуждены работать вахтовым методом и сменять друг друга на посту каждую неделю. А прокурор Ольга Чернова все эти месяцы мало того что подчищала огрехи следователей, так еще и много чего неприятного прочитала о себе в саратовских газетах. Впрочем, к чести Ольги Владимировны, всю критику она воспринимала адекватно и даже не перестала здороваться с журналистами.

Разговор о том, что неплохо было бы уже перейти к прениям, начался еще на прошлой неделе. Но огласить важные для дела показания Владимира Зайцева, касающиеся эпизода со взяткой в виде двух квартир, прокурор Чернова смогла только на этой неделе. В ходе предварительного следствия Зайцев рассказал, что с одним из руководителей «Одеон-98» Тимофеевым он познакомился в конце 80-х годов, когда они были курсантами. Отношения с Тимофеевым Зайцев не поддерживал и встретился с ним совершенно случайно в земельном комитете. Именно тогда один из учредителей «Одеон-98» поделился со старым знакомым своими проблемами, объяснил, что у компании могут отобрать земельный участок и попросил помочь. Зайцев пообещал устроить Тимофееву встречу с мэром. На этом, по словам Зайцева, его знакомство с «Одеон-98» закончилось. Ни о каких квартирах в доме №134 на улице Московской он не знал. Его отношения с Юрием Николаевичем за пределы служебных не выходили. А вот все допрошенные родственники Аксененко, напомню, утверждали обратное: что Зайцев был очень близок к семье Юрия Николаевича, выполнял некоторые личные поручения и даже бывал на домашних торжествах.

После оглашения допроса Зайцева Ольга Чернова напомнила, что протокол очной ставки от 11 марта 2008 года не был признан недопустимым доказательством. Именно этот документ гособвинитель и пожелала озвучить на заседании. Против этого был адвокат Михаил Боровский. Он отметил, что 11 марта в очной ставке принимали участие Руслан Курбанов, Томаз Барбакадзе, которые ранее представляли интересы других участников дела. Боровский попросил признать протокол очной ставки недопустимым доказательством. Ходатайство защиты озадачило судью Стасенкова. Не скрывая раздражения, он заявил, что не может принять решение в присутствии супруги Аксененко Ирины Солодковой, и удалился в совещательную комнату. Стоит отметить, что это произошло впервые за весь процесс. До этого судья принимал все решения на месте. На следующий день судья Стасенков объявил, что протокол очной ставки от 11 марта 2008 года признан недопустимым доказательством, как и протокол очной ставки от 12 марта того же года. В связи с этим прокурору Черновой оставалось только задать вопросы Ирине Солодковой, чьи показания явно расходились с показаниями Зайцева.

- Вы можете пояснить, почему Зайцев утверждает, что никакого отношения к квартирам на ул. Московской он не имеет? - спросила гособвинитель.

- Ничем не могу этого объяснить, - ответила Солодкова.

- Почему вы не сообщили следователю, что приобрели эти квартиры? - не сдавалась Чернова. - Ведь ваши показания могли бы доказать, что Юрий Николаевич невиновен.

- По-моему, в ходе следствия были предоставлены все документы, подтверждающие это, - чуть раздраженно отметила Солодкова.

Впрочем, гособвинитель не особо настаивала на ответах. Видимо, Ольга Владимировна уже потеряла всякую надежду «вытянуть» эпизод со взяткой. У нее в рукаве был припрятан другой козырь, а точнее - свидетель по эпизоду с участком под кафе «Одуванчик» на площади Кирова. Владимир Комаров, бывший руководитель Союза частных предпринимателей, рассказал о претендентах на участок, выделенный дочери и зятю Юрия Аксененко.

- Ко мне обращались садоводы-пенсионеры, - вспомнил он. - С 1998 года они торговали цветами на площади Кирова. Но потом их оттуда прогнали. Позже цветоводы узнали, что этот участок мэр выделил своей дочери. Мы обращались даже в прокуратуру, но ответа не получили.

По словам Комарова, цветоводы-любители с радостью взяли бы участок в аренду. Впрочем, после недолгого разбирательства выяснилось, что у садоводов не было никакого договора аренды на землю, где они торговали. Однако обращения цветоводов в прокуратуру были приобщены к материалам дела.

- Это свидетельствует о том, что не было проведено должного информирования, - отметила прокурор Чернова.

И, наконец, на этой неделе гособвинение и защита решили все-таки перейти к прениям.

- Учитывая, что дело очень большое, 45 томов, мы бы просили предоставить на подготовку к прениям 10 рабочих дней, - попросил Михаил Боровский.

При этих словах судья Стасенков посмотрел на адвоката как на ребенка, сморозившего очаровательную глупость. После того как гособвинитель полностью поддержала защитников, не тратя времени на объяснения, он встал и объявил перерыв до 19 октября. На робкое замечание, что это даже меньше недели, он с улыбкой ответил: «Именно!»

все статьи
номера
на главную