N22 (79) 11 июня 2010   10.06.2010 | 22:46
Судьи и их ущемленные
Рубрика: свобода слова
Просмотров: 274
Версия для печати

без названияПорой журналисты посещают даже самые, казалось бы, обыкновенные мероприятия, где мало что может произойти. Вот, например, лекция, организованная Адвокатской палатой области в рамках дополнительной подготовки саратовских адвокатов. Такое обучение палата проводит круглый год, однако, в этот раз послушать лекции, помимо юристов, пришли еще и корреспонденты многих средств массовой информации. Интерес вызвал доклад адвоката Елены Кобзаренко «Об особенностях рассмотрения дел о защите чести, достоинства и деловой репутации граждан и юридических лиц, а также дел о защите неприкосновенности частной жизни».

Интерес журналистов объясняется легко. В последнее время слишком уж часто местные политические сектанты, да и фигуры покрупнее, обращаются в суд за защитой своего ущемленного достоинства. Одной из сторон в таких спорах порой выступают и журналисты. Чересчур нетерпимо относятся к критике саратовские политики, забывая, что их достоинство, которое всегда на виду, должно смиренно переносить публичное обсуждение.

Впрочем, доклада Кобзаренко, которая участвовала во многих процессах по искам единороссов о защите чести и достоинства, пришлось подождать. В программе ее лекция стояла третьей. Сначала адвокатам рассказали о профессиональном дресс-коде. Пока Алевтина Лысенко с трибуны вещала о строгом стиле, которого должен придерживаться каждый адвокат, собравшиеся в зале юристы женского пола косились на соседей, оценивая их внешний вид. Кто-то ерзал на месте, услышав, что мини-юбки неприемлемы, а кто-то доставал зеркальце, чтобы прямо здесь посмотреть, насколько яркий у них макияж.

Для второго доклада зеркальца уже не пригодились. Выступал признанный корифей в вопросах уголовного права Валерий Холоденко. Он поделился опытом работы защитника в уголовном процессе с участием присяжных заседателей. Собравшиеся оживились и слушали с интересом. Холоденко подробно рассказал, каким образом защитник может влиять на состав присяжных заседателей и как следует с ними работать. Тема, судя по всему, живо волновала адвокатов. Правда, по прошествии тридцати минут всеобщее оживление пошло на спад. А когда прошел час, зрители стали настойчиво хлопать, намекая, что вопросы уголовного права их больше не интересуют.

Елене Кобзаренко совсем не повезло. Юристы утолили жажду знаний и явно хотели домой. Тем не менее, ей удалось заинтересовать собравшихся. Начала она с того, что назвала слушателей членами Адвокатской палаты и порадовалась, что они адекватно воспринимают такое обращение, хотя некоторых оно очень задевает. В качестве одной из особенностей рассмотрения исков о защите чести, достоинства и деловой репутации Кобзаренко отметила подход к таким делам саратовских судов. Так, вред, наступивший в результате распространения сведений о юридическом лице, не называется моральным. Он называется репутационным. Однако, по словам Кобзаренко, об этом не знают некоторые судьи саратовских судов общей юрисдикции. «Аргументы о том, что юридические лица не могут испытывать физические и нравственные страдания, они оставляют без внимания», - рассказала она.

Закон четко устанавливает критерии, которые позволяют суду удовлетворить исковые требования о защите чести, достоинства и деловой репутации. Необходимо, чтобы оспариваемый фрагмент отвечал 4 критериям одновременно: 1) в нем должны быть сведения именно об истце; 2) эти сведения должны быть негативными; 3) эти сведения по своей форме должны представлять утверждение о факте, поскольку только утверждения о факте можно верифицировать; 4) распространенные сведения не соответствуют действительности. Впрочем, тут адвокат рассказала о некоторых саратовских особенностях, которые позволяют судьям удовлетворять иски, несмотря на перечисленные критерии. В качестве примера она напомнила об иске госдепа Николая Панкова к «черному пиарщику» Сергею Почечуеву.

- Как вам такая цитата: «Госдеп Николай Панков, фактически, единолично руководит всей областной парторганизацией и самостоятельно распоряжается партийной кассой», - прочитала Кобзаренко. - Я-то думала, что это нейтральные, а может, даже и комплиментарные сведения. В саратовских судах думают иначе. Эти сведения порочат Панкова - депутата Государственной думы, заместителя председателя Комитета ГД по конституционному законодательству и государственному строительству - заявила судья Заводского суда Зюбина, и с этим согласились уважаемые члены судебной коллегии по гражданским делам.

Выяснилась и еще одна интересная особенность рассмотрения таких исков в Саратове. О ней, кстати, не раз писала «Газета Наша Версия», освещая наиболее интересные судебные процессы. Итак, адвокату, участвующему в деле о защите чести, достоинства и деловой репутации, следует повторить правила русского языка.

- У меня, например, сложилось впечатление, что эксперты-лингвисты, которые привлекаются судом для дачи заключения, не всегда нацелены на поиск научной истины. Бывают и иные мотивации, - отметила Елена Кобзаренко. - Вы можете убедиться в этом, если стороной по делу окажется политик федерального масштаба или политическая партия. А такие дела в Саратове не редкость.

Настоящими страдальцами, по мнению адвоката, являются именно местные единороссы. Такой вывод напрашивается после прочтения решений саратовских судей. Размер компенсаций морального вреда в этих случаях в разы превышает компенсацию, взыскиваемую за гибель людей, причинение тяжкого вреда здоровью.

Большое внимание Елена Кобзаренко уделила такому понятию, как частная жизнь, и объяснила на примерах. Итак, распространены сведения о том, что у г-на Н. есть любовница. Лицо, распространившее эти сведения, может быть привлечено к ответственности. Однако если сказать больше: «У г-на Н. есть любовница, и он в нарушение закона ее трудоустроил, выплачивает ей незаконно премии», - ответственность не наступит, поскольку эти сведения о частной жизни представляют общественный публичный интерес и содержат сведения о нарушении закона. Похожая ситуация случилась в Европе. Глава Всемирного банка Пол Вулфовиц создавал какие-то особые условия труда для своей любовницы и особенно оплачивал ее изнуряющий труд. Вслед за оглаской последовала отставка с этого поста. Но это пример из цивилизованной Европы. В Саратове, по мнению Кобзаренко, все по-другому.

- Некий гражданин, назовем его г-н Л., позировал перед фото- и видеокамерами, находясь в приемной губернатора, сообщил присутствующим, что он намерен прославить область, как Юрий Гагарин, - привела пример адвокат. - Экстравагантность ситуации заключалась в том, что г-н Л. при этом был в скафандре астронавта. Потом он заглянул к зампреду правительства, который в тот момент проводил совещание, побродил по коридорам правительства. Все это под всевидящим оком видеокамеры.

После этого Елена Кобзаренко задала присутствующим вопрос: сведения об этом представляют общественный публичный интерес или нет? Должны ли избиратели, граждане РФ, знать об этом? Позиция СМИ - да, должны! Позиция г-на Л.: «Нет, не должны - это моя личная тайна». В итоге суд исследовал в качестве доказательства эту видеозапись и согласился с г-ном Л. Все засекретил, взыскал со СМИ в счет компенсации морального вреда за нарушение неприкосновенности частной жизни 100 тысяч рублей.

Адвокату Кобзаренко не удалось поделиться с коллегами всем своим опытом. На это просто не хватило отведенного для лекции времени. Так что со множеством особенностей рассмотрения исков о защите чести, достоинства и деловой репутации адвокатам придется знакомиться на практике. Благо местные видные политические деятели готовы дать им такую возможность.

 

все статьи
номера
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:
Цитата
Количество символов:0
Внимание! Количество символов
в комментарии не должно
превышать 2000 знаков!
КОММЕНТАРИИ (0)
на главную