N34 (188) 21 сентября 2012    21.09.2012 | 03:21
Что-то с памятью
Рубрика: редакционные расправки
Просмотров: 463
Версия для печати

«Юноше,

обдумывающему житье,

решающему -

сделать бы жизнь с кого,

скажу не задумываясь - «Делай ее

с товарища Дзержинского».

Что-то с памятьюЭта цитата из поэмы Владимира Маяковского «Хорошо!» украшала фасад Саратовского военного института ВВ МВД России еще в ту пору, когда институт назывался просто училищем МВД. Однако времена изменились, СССР распался, коммунизм перестал быть единственно верным учением, а у партии, ныне претендующей на звание нашего рулевого, - уже немножечко другой пантеон.

В наши дни процитированные строки - не руководство к действию, а просто часть истории и элемент дизайна (как и портрет самого Феликса Эдмундовича на том же фасаде). Так вышло, что «Железный Феликс» сегодня - не из самых популярных персонажей: одним не нравится, что он был большевиком и руководителем ВЧК, а другим - что родился поляком и был крещен по католическому обряду.

Речь, собственно говоря, не о самом Дзержинском. А о том, что возникшая вакансия человека-образца, на которого можно было бы сориентировать подрастающее поколение, до сих пор не занята.

А хочется, очень-очень хочется. У некоторых просто свербит.

В прошлом году обозреватель еженедельника «Глобус», кандидат филологических наук Иван Пырков уже попробовал явить народу такого героя, долженствующего служить примером современному юношеству. Этим образчиком, по мысли Ивана Владимировича, мог стать писатель-земляк Михаил Алексеев. Но вышла незадача: осетрина оказалась, мягко говоря, с душком. Выяснилось, что земляк вел себя не слишком образцово - к примеру, активно участвовал в компании травли поэта и главного редактора журнала «Новый мир» Александра Твардовского, а после смерти автора «Василия Теркина» распускал слухи о том, что сам-де Твардовский перед ним же, Алексеевым, и извинялся...

В общем, нехорошо вышло, некрасиво, непорядочно. Какой уж там образец! Какой уж там пример для подрастающего поколения! Одно разочарование.

Больше Иван Пырков к этой кандидатуре, кажется, ни разу не возвращался - почти год искал другого и. о. Дзержинского. А на прошлой неделе нашел!

И превознес найденного героя уже в другом местном, притом вполне официальном, издании - газете Саратовской областной думы «Неделя области» (№52 от 12 сентября 2012 года).

Напомним, что с некоторых пор газету возглавляет бывшая издательница бывшего «ПолитДозора» небезызвестная Елена Столярова, а господин Пырков принадлежал и принадлежит к числу любимейших и преданнейших ее авторов. Едва только пламенный трибун Дмитрий Чернышевский освободил - в силу некоего политического стечения обстоятельств - даже не успевшее толком нагреться местечко колумниста «НО», как шустрый разумом Иван Владимирович тотчас же заступил на трудовую вахту, и уже в третьей или четвертой по счету своей еженедельной колонке, под характерным заголовком «Ревизия памяти», предложил саратовцам новый пример для подражания.

Вот он, извольте: «Одухотворенное, благородное лицо, удивительно проясненные глаза с необъяснимым внутренним светом». Для Ивана Пыркова сей чудо-пастырь со светящимися глазами - олицетворение «утраченного когда-то духовного фундамента, духовных ценностей», альтернатива «политическим маскам модных балаклавингов».

Кто же этот мощный старик, фигурой которого наш публицист побивает «кощунниц» из группы Pussy Riot? Георгий Долганев, он же иеромонах Гермоген, в 1903 - 1912 годах епископ Саратовский и Царицынский, казненный большевиками в 1918 году. Автор статьи так подробно, с такими деталями пишет о гибели Гермогена, словно сам был ее свидетелем: «поднимают пленника из тесного и грязного трюма плавучей тюрьмы, выводят на палубу, привязывают к шее тяжелую гранитную плиту и бросают в непроглядно-темную, как их черное дело, воду реки Тиры». Для справки, Ваня: Тира - мелкая речка в Германии, там трудно утопить даже котенка. А иеромонаха бросили в воды Туры - левого притока Тобола. Что, конечно, ничуть не отменяет драматичности вышеописанного эпизода.

Насколько Пырков детален в описании смерти иеромонаха, настолько же он лаконичен и скуп на подробности, когда речь заходит о жизни героя. Но из истории, как и из песни, слов не выкинешь: что было, то было. Вот, например, автор газетной статьи сообщает о том, что Гермоген «публично обличает могущественного Распутина», но аккуратно умалчивает о том, что в конфликт со «старцем» епископ вступил далеко не сразу, а до того долго его поддерживал. «Это он, не боясь осмеяния, выступает против постановки на саратовской сцене богоборческих пьес Леонида Андреева», - с пафосом пишет о своем персонаже Пырков, сильно преувеличивая степень героичности названного поступка. Чего уж было бояться влиятельному поволжскому иерарху, доносившему на столичного писателя? Панк-молебна в Троицком соборе? Виктора Шендеровича на радио «Эхо Москвы»? Церковь в ту пору не была отделена от государства, и неприятности могли быть как раз-таки у Андреева, чью пьесу «Анатэма» Гермоген пытался запретить через Святейший Синод.

Допускаю, что примерному прихожанину Пыркову по душе борьба епископа с «неблагочестивым» христианином Андреевым, но заметка все-таки подписана членом Союза писателей Пырковым, которому как будто не к лицу радоваться бедам, постигшим коллегу. Тем более что Леонид Николаевич - все же классик, родоначальник русского экспрессионизма. Или автор знаменитого «Рассказа о семи повешенных» - для Пыркова никакой не классик, а так, уличная шпана? Или не классики «серебряного века» Дмитрий Мережковский с Василием Розановым, которых тот же Гермоген пытался, как и Андреева, отлучить от церкви? (Об этом эпизоде Ваня деликатно умалчивает.) Или не классик Лев Толстой, чье имя было присвоено двум саратовским школам - к великому негодованию епископа? (Тот яростно оспаривал «кощунственную» инициативу саратовских властей, и об этом писатель Ваня тоже стыдливо не упоминает). Или Вера Комиссаржевская, панихиду по которой Гермоген отменил в кафедральном соборе, - вовсе не гордость русского театра, а подозрительная стрекулистка, и за ней, даже мертвой, нужен особый пригляд? (О некрасивом поступке епископа Ваня тоже осторожно умалчивает, чтобы не расплескать елей и не поцарапать сусальную позолоту.)

Мученическая смерть епископа не отменяет того печального обстоятельства, что при жизни герой пырковской хвалебной статьи в «Неделе области» считался весьма одиозным общественным деятелем. Он, между прочим, был вождем и идейным вдохновителем саратовских черносотенцев и ближайшим сподвижником погромщика Илиодора. Сохранились публикации, в которых Гермоген протестует против «еврейского засилья», скорбит о судьбе «нашей захватываемой евреями родины», отстаивает идею неравноправия народов России, восхваляет запретительную «черту оседлости», требует «стоять на страже народных интересов, систематически ограждая их от еврейских покушений и поползновений». И тому подобное - назовем хотя бы его статью в «Саратовском Духовном Вестнике» (№17, 1908 г.). Ее текст выложен в Интернете, любой желающий может легко с нею ознакомиться.

Если Ваня Пырков тоже считает, что еврейские погромы, «вызванные плутнями евреев и их эксплуатацией производительного русского населения», были делом богоугодным, то отчего бы обозревателю «Недели области» не солидаризоваться открыто со своим героем? К чему лукавство? Зачем фигуры умолчания? Смелее, Иван Владимирович! Редактор вас поймет и не накажет, а, может, и премирует. В конце концов, разве не в «ПолитДозоре» у Елены Столяровой, нынешнего главреда думского еженедельника, печатались шуточки про концлагеря и Холокост?

Понятно, что при прежнем спикере облдумы Марине Алешиной, чьими стараниями мадам Столярова, надо полагать, и получила руководящее кресло в редакции «Недели области», авторам этой газеты могли бы сойти с рук и не такие публикации. Но уж теперь, после властной рокировки, когда Марина Владимировна благополучно задвинута на третьестепенную инспекторскую должность и на облдумские дела влиять уже не может, для чего продолжать сохранять статус-кво? Какой смысл?

Уважаемый Владимир Васильевич Капкаев, почему бы вам не начать свою карьеру спикера с доброго поступка? Почему бы, например, не вернуть обратно в «Неделю области» ее прежнего редактора Ирину Жиганову? В ее лояльности и профессионализме ни у кого, кажется, нет причин усомниться. За время, пока она возглавляла тишайшее думское издание, в нем, может, и не наблюдалось журналистских взлетов, но зато не было очевидных и обескураживающих падений.

Что уже само по себе - несомненный плюс.

все статьи
номера
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:
Цитата
Количество символов:0
Внимание! Количество символов
в комментарии не должно
превышать 2000 знаков!
КОММЕНТАРИИ (3)
21 сентября 2012, 10:50

битва титанов продолжается....видно еврею чем то ванька насулил.

 

ответить
22 сентября 2012, 16:11

А что, иеромонах Гермоген, как символ нашей эпохи, вполне уместен. Что из его "святых" деяний противоречит "генеральной линии"? Да ничего. Просто зеркальное отражение. В такие времена и "ваньки" титанами выглядят,  и "читатели" в литературные критики могут выбиться. История развивается по спирали, хотя то, что её направление "вверх",  довольно спорный вопрос. Скульптура Веры Мухиной, символизировавшая когда-то союз рабочих и  колхозников, сегодня вполне могла бы стать, символом единства государства и церкви. Орудия труда, как способ  донесения идей в массы, можно не менять.  

ответить
24 сентября 2012, 10:36

Браво,Роман!

Отлично отхлестал Пыркова и Столярову, этих союзников епископа-погромщика Гермогена. Правильно показал тревожный тренд нашего времени --  активизацию реакционных сил в обществе,в том числе в СМИ. Они пытаются реставрировать самые мрачные страницы истории страны-- ксенофобию,антисемитизм, нападки на культуру в лице ее настоящих носителей.К сожалению. власть поддерживает таких "писателей" как Пырков, находя в них единомышленников. А те и рады стараться, выслуживаются, восхваляют таких деятелей как Мих.Алексеев и Гермоген. Когда же произойдет очищение от этой мутной накипи в духовной жизни? 

ответить
на главную