N23 (32) (19 июня 2009)   18.06.2009 | 21:47
Уроки морали и нравственности
Рубрика: дембельский альбом
Просмотров: 161
Версия для печати

без названия    В социологии есть метод изучения социальной реальности, социальных фактов, явлений и процессов через жизненные истории отдельных людей.

    Этим я и займусь.

    История первая. Два генерала

    В далекие шестидесятые годы минувшего века явлено было России чудо - появился вдруг молодой генерал, Герой Советского Союза, который быстро очаровал высшее начальство в Москве и простое начальство в провинции. Мы, мальчишки, с упоением слушали, как уже совсем скоро нас будут учить летать на планерах и самолетах. Тогда был очень популярен фильм «Последний дюйм», где такой же пацан, как мы, пилотирует самолет. Взрослые были очарованы необычайным организационным талантом молодого генерала, в кратчайший срок обеспечившего маленький гарнизон летного училища финскими костюмами, польскими духами и прочими благами шикарной столичной жизни. Чаровник был назначен заместителем начальника училища, и ждало его повышение по службе, но учинил генерал дебош в ресторане и оказалось, что никакой он не генерал и не герой, а бывший заключенный, ловко вырезавший из простой картошки самые серьезные печати. Крепко горевали мы с друзьями о несбывшихся мечтах сделаться прямо сейчас пилотами и покорять небеса, а я все думал: как же так, ведь в советской нашей стране такого быть не может, ведь взрослые - все честные, и мы должны с них пример брать - так нам в школе говорили?

    В седьмом классе по тогдашним правилам школьников нужно было принимать в Ленинский коммунистический союз молодежи. Меня не приняли. Девочка-активистка на собрании встала и сказала, что у меня на магнитофоне записи Высоцкого и «Битлз», значит, я не достоин быть комсомольцем.

    С горя я пошел и победил на четырех городских олимпиадах - по математике, физике, химии и биологии. После этого родителям велели меня забрать из школы, поскольку на олимпиады я поперся без рекомендации комсомольской организации. Меня перевели в другую школу, а когда я заканчивал последний класс, мама взяла мою фотокарточку, сходила в райком комсомола и принесла мне членский билет комсомольца, без которого поступить куда-нибудь после школы было практически невозможно. Секретарем райкома оказался ее бывший ученик. Так мне были преподаны первые уроки коммунистической морали и нравственности.

    Через много лет я спросил заметно постаревшую девочку, правда ли она была такой идейной. Нет, сказала девочка, просто ты мне нравился.

    В военном авиационном летном училище, как ни удивительно, я стал активным комсомольцем. Писал сценарии встреч КВН, а потом вел их с какой-нибудь представительницей гражданского вуза. За эти заслуги меня избрали в комитет училища, который пользовался правами районного комитета. На последнем курсе секретарь комитета уехал учиться в Академию, и я стал исполнять его обязанности - ходить на разборы и советы к начальнику училища - настоящему Генералу. Офицеры боялись начальника самозабвенно и трепетали при одном его взгляде. У меня почему-то трепета он не вызывал, и мы довольно часто беседовали и на советах, и после о молодежных курсантских проблемах. Однажды Генерал предложил мне (не приказал!) поехать на комсомольский семинар, устраиваемый краевым комитетом комсомола. Я согласился. Еще бы! Генерал распорядился отвезти меня на базу отдыха, где проходил семинар, на штабной «Волге», чтобы мне по электричкам не мотаться. И вот я, в гражданском костюме, с чувством собственной значимости развалился в машине и мечтаю о познании высокодуховного мира комсомольского служения Родине. Вдруг меня обожгла мысль: ведь ни тетрадей, ни блокнотов я на радостях не взял. В киоске «Союзпечати» оказались только альбомы для рисования, и я взял штук пять. Высадив меня у базы отдыха, водитель направился в училище, а я пошел искать родники комсомольских знаний. Сразу же мне встретился знакомый из крайкома. Он с недоумением уставился на меня и сказал: «Ты водку не привез с собою? Крайком только закусь обеспечивает. Скоро ребята в сельпо поедут и тебя захватят, а пока иди, вливайся куда-нибудь». Ошарашенный таким приемом, я отправился к домикам, на которые мне указал комсомольский лидер. На крыльце первого домика висел на перилах коллега - секретарь комитета комсомола одного вуза - и мучительно блевал в клумбу. Второй домик представился более респектабельным, но когда я заглянул внутрь, то волосы у меня встали дыбом, и сам не знаю, как я оказался на станции электрички. Много позже, когда у нас опубликовали произведения маркиза де Сада, я живо вспомнил этот эпизод моей комсомольской юности.

    Возвратившись в училище, я переоделся в привычную курсантскую робу и отправился писать, вернее, сочинять протоколы заседаний комитета. Сразу их, эти протоколы, писать мне никогда не удавалось. Вдруг распахнулась дверь, и в кабинет вошел Генерал. Я вскочил и скомандовал сам себе: «Внимание!»

    «Садись, - сказал Генерал, - что-то быстро ты насеминарился?»

    Мучительно соображая, что ответить, я почувствовал жар, как в сауне. Неожиданно Генерал подошел, положил мне руку на плечо и сказал: «В жизни у тебя много еще чего будет, и никогда не думай, что вот чего-то быть не может. Всё в жизни может быть, но всегда оставайся самим собой». Он, конечно, знал, какие семинары устраивают комсомольские лидеры и, наверное, был рад, что я оттуда сбежал. Я же воспринял его слова просто механически, как формулу из учебника, но потом, в житейских бурях, нередко вспоминал слова этого мудрого человека и благодарил Бога, что был в моей жизни такой Генерал.

    Продолжение следует

Обсудить статью в ЖЖ

все статьи
номера
на главную