N29 (38) (31 июля 2009)   31.07.2009 | 02:02
Глыбочко дает Панков не хочет
Рубрика: интим
Просмотров: 275
Версия для печати

12

Незабываемую неделю на берегу Каспийского моря провела я совсем недавно… Знойная республика Дагестан, пожалуй, покорит каждого, кому небезразличны культура и дух Кавказа. Но как бы красивы ни были горы на закате солнца, журналисту даже на отдыхе не дает покоя его профессиональный долг.

А все потому, что Дагестан относится к Южному федеральному округу РФ. Где координатором от партии является не кто-нибудь, а наш земляк, человек с большой буквы П. Депутат Государственной думы Николай Васильевич Панков.

Вот уже который год он, словно Фигаро, курсирует из Москвы в Саратовскую область и обратно, решая насущные проблемы. Он успевает везде и всюду. Его не оставляет равнодушным ни одна проблема. Наш пострел, как говорится, везде поспел. Или почти везде.

«Почти», потому что Николай Панков практически «забил» на свои обязанности и обязательства перед ЮФО. «Газета Наша Версия» выяснила это еще в июне, проведя мониторинг всевозможных интернет-ресурсов. Ни одного даже малозначимого события с его участием не было освещено кавказскими электронными СМИ. Может быть, журналисты их проигнорировали? Или нашему земляку настолько безразлична судьба 13 вверенных ему регионов? Тех, где одно за другим происходят громкие события? Не верим!

С намерением вскрыть правду я обратилась к коллегам в Дагестане. Как выяснилось, отсутствие имени г-на Панкова на страницах печати и на новостных лентах - вовсе не случайность. Побеседовав с журналистами, я обнаружила, что «Николай Панков» для них - всего лишь сочетание 13 букв. Не более. «Как фамилия? Панков? Нет, не знаю такого. Первый раз слышу», - ответ журналистов был примерно одинаковым. Главный редактор газеты «Наше дело» Марко Шахбанов, узнав его должность, отметил: «Видимо, он никак не проявил себя, иначе бы он мимо нашего внимания точно не прошел».

«Кто такой Николай Панков, не знаю и знать не хочу. Нам не интересна «Единая Россия» с ее просоветской, прокоммунистической политикой», - заявил главный редактор газеты «Свободная Республика» Заур Газиев. Ой-ой-ой, Николай Васильевич!

В газетах «Черновик», «Молодежь Дагестана» и прочих о существовании дорогого Саратову человека тоже не слышали.

Тем не менее, я узнала, что Панков в Дагестане все же бывал. Причем именно в должности координатора по ЮФО. Правда, о визите Панкова помнят всего двое: едва заметная «новостюшка» на официальном сайте Народного собрания Республики и Марина Владимировна. Нет, не Алешина, а Абрамкина, депутат дагестанского парламента.

- С Николаем Панковым мы сталкивались дважды, оба раза в этом году, - рассказала г-жа Абрамкина. - Он приезжал в Махачкалу, проводил совещания, рассказывал об антикризисных программах, предлагал проекты. В общем, оставил о себе положительное впечатление.

При этом, по заявлению самой Марины Владимировны, общий кризис Дагестана не коснулся. Может, все-таки не антикризисную программу в таком случае нужно было презентовать в республике? А, например, антитеррористическую?

Одним словом, я расстроилась. Ведь Николай Васильевич - звезда саратовской прессы, автор несметного числа высказываний, ставших крылатыми. Это человек, который прокомментировал все - от молока до особняка Аяцкова, от покушения на журналиста Рогожина до «Сеномана»... И такая безвестность на вверенном ему Юге. Просто-таки чудовищная несправедливость!

Вернувшись из Дагестана, я решила поинтересоваться у самого Николая Васильевича, почему так случилось? За что он забросил Кавказ и появляется там, как снег в июле? Насколько он вместе с россиянами переживает за судьбу солнечного края, где день ото дня гремят взрывы, погибают люди...?

Я была абсолютно уверена, что Николай Васильевич раскроется и в столь злободневной кавказской теме. Но не тут-то было...

From Pankov with Love

- Николай Васильевич?

- Да.

- Здравствуйте. Это беспокоит вас «Газета Наша Версия», Светлана Сергеева. Вы не очень заняты? Хотелось бы комментарий взять.

- «Наша Версия» - это какая? Чья?  («- Ты, мальчик, чей? - Я ничей. Я сам по себе мальчик. Свой собственный».)  

- Такая розовенькая.

- Натаныча?  (Ух ты...Похоже, Панков с ним близко знаком. Может, лучший друг?)  

- Ну да.

- Нет, не даю комментарии. Вот к тебе со всей любовью, в другом бы издании дал, а здесь нет. Извини.  (Николай Васильевич ввел меня в ступор. С одной стороны, мы с ним детей вместе не крестили, партбилет не получали. С чего такая фамильярность? С другой стороны, не каждый же день в любви признается такой человек!)  А ты давно туда перешла?

- Несколько месяцев назад.

- А до этого где работала?

- Во «Времени».

- «Время», «Время»...  (Панков лихорадочно вспоминал все газеты с названием «Время», которые читал в Саратовской области.) А! (вспомнил...) - это с Красильниковым, да? Ну, во «Времени» я бы тебе дал комментарий, а здесь что я там буду? (Действительно... Панков помялся.) Ну, какие у вас там темы интересные?

- Хотелось бы поговорить с вами про Дагестан.

- Какой??? (Панков явно услышал новое для себя слово.)

- Про Дагестан!

- Дагестан??? «Время»? (Панков, видимо, решил поиграть в ассоциации, но потом опомнился и исправился.) А вот ты скажи, «Версия» какое отношение к Дагестану имеет? (Панков засмеялся, польстив самому себе, что так удачно задал вопрос. Подловил практически!)

- Хотелось с вами поговорить на эту тему, поскольку вы координатор по ЮФО от партии.

- Да, да, да...

- Нам интересно, как вы оцениваете ситуацию, которая там сложилась. Это очень опасный регион.

- Вот с любовью! Но не газете «Время» (Панков снова запутался), точнее, не натанычевской газете. Переходи в другую, и я тебе прям вот каждый день буду комментарии давать.

- Правда? (Не могла найти себе места от радости!)

- Да. Про Юг тебе расскажу, про все регионы, не только Дагестана. (Наверное, и про юг Чечни, и про юг Ингушетии, Карачаево-Черкесии... Это счастье.)

- А может, все-таки сейчас? (Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать послезавтра?)

- Нет, ну чё я буду газету-то вашу накачивать? Зачем? Так что вот так вот..., - с грустью добавил Николай Васильевич, и мне показалось, он даже огорчился, что расстроил меня, отказавшись комментировать ситуацию в Дагестане. Николай Васильевич решил загладить свою вину, поинтересовавшись моими делами:

- Как у тебя дела в целом?

- Спасибо, нормально. Работаем потихоньку. (У меня начало появляться чувство, что мы знакомы с Николаем Васильевичем с детства, но он меня хорошо помнит, а я его почему-то нет. Конечно, можно предположить, что Николай Васильевич знает всех журналистов по голосу и по фамилии... Или я ему просто запомнилась?)

- Нормально, да? (Панков, видимо, хотел услышать, что журналисты «Газеты Наша Версия» ежедневно разгружают вагоны с углем.) Не закрываетесь еще? (Надежда умирает последней!)

- Слава Богу, нет!

- Или ты не знаешь просто? (по интонации эти слова больше напоминали «Да ты чё! Не знаешь что ли?!»)

- Нет, не знаю. Может быть, вы знаете? Расскажите мне. Я, может, не в курсе.

- Я тебе про это и говорю, - таинственно заметил Панков. (Не зря ведь тезка Гоголя.) Вот ведь как! Фактически, мой «друг детства» Николай Васильевич самолично предупредил, что пора подыскивать работу. - Ты извини, - вернулся он к основной теме разговора. - Если бы другому изданию... Но Натанычу нет. Без обид?

На этом наш содержательный разговор закончился. Мы распрощались, а я так и не узнала, что же думает депутат Панков о ситуации в ЮФО в целом, и в Дагестане в частности.

Тем временем по соседству моя коллега, журналистка Юлия Клименко готовила материал о злополучной «Тролзе». Она слышала нашу беседу с Николаем Васильевичем и не могла не заметить, как долго и приветливо мы общались. Юлия испереживалась: ей как раз не хватало комментария какого-нибудь сановитого, видного и в области, и в стране человека. Будучи уверенной, что Николаю Васильевичу небезразлична судьба завода, Юлия попросила у меня номер его телефона. Для коллег ничего не жалко: пусть и Юлия приобщится к прекрасному.

Цветовые галлюцинации

И я приобщилась.

Самое сложное в общении с представителями местной «Единой России» - это доступно (желательно, на их партийном языке) объяснить, какое именно издание ты представляешь. Тут главное - цветовосприятие своего собеседника угадать. С Николаем Васильевичем мне повезло:

- Добрый день. «Газета Наша Версия» беспокоит, Клименко Юлия. Вам удобно сейчас говорить?

- «Наша Версия». Это какая?

- Розовая.

- Так вы же мне звонили недавно.

- Нет. Вам звонила Светлана Сергеева, а сейчас вам Клименко Юлия звонит, и совершенно по другому вопросу.

- Ничего не изменилось к вашей газете.

- Вы отказываетесь давать комментарий?

- Комментарии не даю. Да.

- Извините за беспокойство. До свидания.

- Ничего. Ага. До свидания.

И стало мне после этой беседы горько и обидно. Как же так, я Николаю Васильевичу столько вдохновенных строк посвятила, а он самый «вшивенький» комментарий дать не согласился. Даже поинтересоваться не удосужился, по какому поводу я любопытствую. Хотя другим изданиям за милую душу комментирует все, что ни попадя. И греха в этом не видит. А я ведь не глупости какие спрашивать собиралась - за судьбу ЗАО «Тролза» тревожилась. Как там неоплаченные ООО «Лизинговая компания «Феникс» четыре троллейбуса поживают? Не ржавеют ли, не обижает ли их кто, посягая на комплектационную целостность?

Но от журналистов, как известно, так просто не отделаешься. Их гонят в дверь, а они - в окно. Ну не хочет Николай Васильевич отношение к «Газете Наша Версия» менять. Что ж, придется другим путем идти - с тыла. То есть к секретарю регионального отделения «ЕР» Петру Глыбочко за комментарием обращаться. Ему, народному избраннику, лидеру партийной депутатской группы в Саратовской городской думе, небось, не все равно, что муниципалитет на 20 миллионов «кинули»?

Петр Витальевич если и уступает Николаю Васильевичу на комментаторском поприще, то только по «плодовитости». Заданная тема партсекретаря Глыбочко не беспокоит, он ведь во всех вопросах дока. Детские сады и школы, лекарственное обеспечение и бани в райцентрах области, потухший Вечный огонь и необходимость региону такого губернатора, как Павел Ипатов, - ничто не в состоянии смутить Петра Глыбочко, ни перед чем он не пасует. Да что там говорить! В сентябре прошлого года Петр Витальевич самому премьеру Путину вопрос задал, да не какой-нибудь, а сельскохозяйственный. Владимир Владимирович ответил, и даже по имени-отчеству нашего партийца величал. Значит, есть еще с кем о троллейбусах побеседовать в нашем селении. Не все же в прокуратуру, к министрам и зампредам правительства области обращаться. Да и партийная борьба с коррупцией, на мой взгляд, будет посерьезнее надзорной. В общем, нечего стесняться, надо звонить.

- Добрый день. «Газета Наша Версия» беспокоит, Клименко Юлия.

- Добрый день. Какая наша газета «Наша Версия»?

- В каком смысле? «Газета Наша Версия».

- У нас их две.

- Розовая.

- А, желтая которая?

- Вам виднее.

- Ну, и чё вы хотите?

- Я хотела бы взять у вас комментарий по такому поводу: год назад представители регионального отделения «Единой России» ратовали за приобретение троллейбусов для города Саратова, и партия машин была закуплена. До сих пор четыре троллейбуса из этой партии город так и не получил. На ваш взгляд, в чем проблема, как такое могло случиться?

- Не знаю.

- Вы не знаете? Вы не в курсе этой ситуации?

- Нет. Это, наверное, надо задать вопрос исполнительной власти. Я просто не в теме. То, что троллейбусы, и трамваи, и машины, и автобусы для города нужны - да. Мы ратовали и поддерживаем это.

- По вашему мнению, это - компетенция исполнительной власти?

- Ну, конечно. Ну, я не в теме просто, сколько поступило, сколько - нет.

Все-таки каких только чудес на свете не бывает! Даже в монолитных рядах «ЕР» единства не обнаружилось. Не решили еще, видимо, на очередной партийной фракции, какой нашу газету считать - желтой или розовой. Да и с комментариями незадача получилась. Николай Васильевич не дает, а Петр Витальевич - запросто. Однако не будем обращать внимание на такие «технические» недоговоренности. В главном партийцы едины - про троллейбусы ничего не знаем, пусть администрация Сомова разбирается. Неужели местные единороссы совсем запамятовали, что Вячеслав Леонидович - их проект? Неужто на него, как на губернатора Ипатова, решили всех еще не переловленных в Саратове собак повесить?

На Глыбочко меньше

Пока Юлия звонила Николаю Васильевичу и Петру Витальевичу, меня одолело беспокойство. Разговор с депутатом Панковым меня озадачил и напугал. А вдруг и правда мы закрываемся? И пора класть зубы на полку? Я мучилась в сомнениях. А ведь Николаю Васильевичу виднее. Все-таки он депутат Государственной думы! «Мне сверху видно все - ты так и знай!» Набравшись смелости и приготовившись к любой правде, я снова набрала 11-значный номер.

- Николай Васильевич?

- Да.

- Это снова Светлана Сергеева из «Газеты Наша Версия» вас беспокоит. Мы, наверное, вам уже надоели сегодня. Вы можете говорить?

- Ну, я всегда рад с вами общаться... (ура!), но как с корреспондентом «Нашей Версии» я общаться с вами не готов. (О, черт...)

- Дело в том, что мы с вами поговорили, и вы меня так напугали, что мы закрываемся...

- Да что вы? Не, не, не... - успокоил меня Николай Васильевич.

- ...поэтому я даже забыла, что именно собиралась у вас спросить. Мне хотелось не просто так с вами поговорить по поводу Дагестана. Я сама там была не очень давно, и мне удалось побеседовать даже с некоторыми депутатами от «Единой России». Мы говорили и о вас в том числе, поскольку вы там координатор. Отзывы были достаточно положительные. В свете этого хотелось бы тоже получить от вас комментарий. Хотя бы пару слов.

- За частной беседой я с тобой всегда согласен. (Чем, интересно, обязана?) Но не как корреспонденту натанычевской газеты. (Как Панков выговаривает это слово?)

- Ну неужели вы не переживаете за Дагестан?

- Я переживаю в том числе и за Дагестан. Но у меня есть принципиальная своя позиция в отношении вашей газеты.

- Ну а может, вы лично мне дадите комментарий?

- Лично вам, но другому изданию. (Николай Васильевич был очень непоследователен, называя меня то на ты, то на вы. Видимо, не определился еще.) Хорошо? Кстати, мне кто-то еще звонил из газеты, женщина какая-то.

- Да, это Юлия Клименко звонила, но по другому вопросу.

- Да, да, она такая вот. Как бы больше. Она все понимает. Как о... правый такой человек всегда: «А так? Нет, вы не хотите? Мы тут это». Че «мы тут это»? Пешку... На миллион рублей «Сеноман» взяли, а он стоит 250 миллионов. И сейчас еще говорите о переживаниях! (Николай Васильевич излил душу.)

- Но одно дело - местные вопросы, другое дело - более глобальные...

- нуууу....аааа....Когда владелец газеты по жизни делает так в мелких вопросах, то в большом не надо его... (далее Панков употребил некое слово, похожее на «коллайдер». Даже если так оно и есть, это неудивительно. Такому большому человеку будет небезразличен не только «Сеноман» с Дагестаном, но и запуск адронного коллайдера и асексуальные китайские панды.)

- Вот, кстати, мы беседовали с товарищем Глыбочко, и он нам дал комментарий без проблем, - продолжаю я.

- Это нормально. Это комментарий Глыбочко, не мой же. Звоните по любому другому воп... нет, не то что по любому другому... вот если бы не вашей газете, если бы в другом издании работали, я бы вам прям все комментировал. (Коллеги из других изданий! Пользуйтесь шансом!)

- Я понимаю вашу позицию, но хотела бы поговорить с вами не как с саратовцем...

- Мне дорого, мне дорого мое имя. И мне небезразлично мнение моих людей, сторонников. Когда печатаешь в таком издании, я считаю, что это неправильно.

- Но все-таки игнорировать ситуацию в Дагестане, мне кажется, как-то тоже неправильно.

- Почему?

- Не знаю, почему. (Откуда мне знать, почему Николай Васильевич ее игнорирует?) Когда я побывала в Дагестане, то побеседовала с некоторыми людьми. Если брать депутатов, то они рассказывали, что знают вас и что вы хорошее впечатление оставили. А когда беседовала с редакторами газет, некоторые вас даже не могли вспомнить.

- Извини, мне тоже обидно. (Снова загрустил Николай Васильевич.) Но вот моя принципиальная позиция - не давать комментарии вашей газете. Это не отношение к вам.

- То есть, не лично к журналистам?

- Не лично к вам!

- Понятно. Спасибо. До свидания!

- Ну давай. До свидания.

Что ж, Николаю Васильевичу вполне можно выпускать брошюру «100 способов, как отказаться дать комментарий «Газете Наша Версия». Печатать тиражом, равным числу членов местной «Единой России». (Хотя нет - на одного человека (Глыбочко) меньше.) Распространять - на всех партийных мероприятиях.

Между тем, Дагестан, как, впрочем, и другие республики, продолжает жить своей обычной жизнью. Наша область продолжает зарастать грязью... А Николай Васильевич продолжает сидеть: одна нога в Саратове, вторая - на Кавказе. А стул - в Москве.

3В Дагестане хоть и не знают Панкова, но продукцией «Тролзы» заинтересовались.

все статьи
номера
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:
Цитата
Количество символов:0
Внимание! Количество символов
в комментарии не должно
превышать 2000 знаков!
КОММЕНТАРИИ (0)
на главную