N32 (41) 4 сентября 2009   04.09.2009 | 00:15
Медвежье право
Рубрика:
Просмотров: 250
Версия для печати

без названияЕсли судебная власть склоняется в верноподданническом поклоне, а судьи всегда готовы сказать: «Чего изволите?», закон перестает верховенствовать и применяться единообразно для всех, создаются условия для возвращения к диктатуре, тоталитаризму. Что бы ни говорили идеологи коллективизма, а роль личности в истории велика. Как много порой зависит от решения конкретного судьи, поставленного перед нелегким выбором: встать на сторону закона и справедливости либо следовать воле сильных мира сего. Имеет ли все это отношение к нашей области и ее сегодняшним политическим реалиям? Да, имеет, и самое непосредственное.

Захват суда

Судебная система нашей области испытала беспрецедентное давление. Именно система, а не отдельные судьи. Не случайно главной мишенью был назначен председатель Саратовского областного суда Александр Иванович Галкин. Почему? Да потому, что за двадцать с лишним лет руководства судом Галкин стал одним из самых авторитетных российских юристов. Он стоял у истоков возрождения института суда присяжных, был лично причастен к формированию всей судебной системы области в условиях становления новой российской государственности. Хорошо и, как правило, лично известный абсолютному большинству судей, Александр Иванович являлся, прежде всего для них, не просто авторитетом, а своего рода символом профессионализма и независимости. И если председатель суда может быть подвергнут необоснованной грязной публичной травле, которая не прекращается даже после его вынужденной отставки, то на что может надеяться рядовой судья, вздумавший перечить «рекомендациям» сверху ради служения какому-то там Закону?

Именно из такого посыла, возможно, исходили вдохновители травли Галкина, полагая, что судейскому корпусу малодушие и конформизм присущи не в меньшей степени, чем самим организаторам попытки захвата судебной системы области. С чего собственно все началось? Силы, получившие политическое господство в нашей области после смены губернатора и победы на выборах, не ограничились тотальным контролем над законодательным органом - им хотелось всей полноты власти и связанных с этим ощущений. Для этого в области сложились благоприятные условия. Здесь отсутствуют интересы крупного российского капитала, способного проводить собственную экономическую политику. Область как «среднестатистическая» и в то же время довольно беспроблемная не являлась объектом особо пристального внимания федеральных властей. Местная оппозиция незначительна и фрагментарна. Следовательно, для узурпации власти оставалось лишь «построить» губернатора и подчинить суды.

С первой задачей, с переменным успехом, но справились. Суд - последняя непокоренная вершина. Судить и осуждать. И даже не «тройкой» - лучше единолично. Как в 1937 году. С красным карандашом в руке. Только тот, кто публично демонстрирует лояльность местной партийной верхушке, нуждается в одобрении и ободрении ею своих действий, кто воспринимает рекомендации как руководство к действию, тот вправе, наверное, возглавлять судебную власть в области. Лояльных славят, независимых травят. Моментом истины для Галкина стало дело «Ландо против Фейтлихера», по крайней мере - сроки совпадают. Возможно, перед ним вопрос был поставлен со всей партийной прямотой: «Фейтлихеру - судимость, тебе - наше покровительство и мандат на дальнейшее пребывание в должности». Конечно, свет клином на Фейтлихере не сошелся, у местных партийцев были и другие основания для дискредитации председателя областного суда. Слишком много их «верных товарищей» оказались втянуты в коррупционные и другие уголовные скандалы, а значит, нужно было во что бы то ни стало подчинить судебную власть и продемонстрировать всем, что решения принимаются не в суде.

Травля

Более года Александр Галкин подвергался чудовищной травле с использованием местных и федеральных СМИ. О нем вещали Первый канал и НТВ, а это дорогостоящее удовольствие. Но цель, как известно, оправдывает средства. За все это время ему не было предъявлено ни одного внятного обвинения. Этого, по замыслу организаторов травли, и не требовалось. Куда важнее было сделать жизнь председателя областного суда невыносимой. Судя по фотографиям, которые кочевали из одной партийной газеты в другую, за Галкиным велась слежка. Вслед за этим принялись с пристрастием анализировать документы, подтверждающие непричастность Галкина к выдвинутым против него обвинениям. Авторитет суда в глазах добропорядочных граждан с легкостью приносился в жертву текущим политическим интересам отдельных лиц. При этом ни прокуратура, ни ФСБ «не замечали» или не хотели замечать, что за Галкиным ведется незаконная слежка. И это происходит в области, где недавно был убит прокурор! А может быть, знали, что за травлей Галкина стоят очень серьезные политические силы, претендующие на абсолютную власть в области, и желали проявить свою лояльность? Так или иначе, но при попустительстве правоохранителей, невнятной и запоздалой реакции судейского корпуса области организаторам травли удалось достичь своих целей. До конца верный принципам профессиональной чести, но недостаточно мужественный председатель суда подал в отставку. Была ли у него альтернатива? Скорее всего, была. Ведь хватало и оснований, и возможностей для того, чтобы надолго лишить многих организаторов и их подручных права публично поливать его грязью. Но в таком случае область стала бы центром громкого политического скандала, который для системного и государственного человека, каким безусловно является Александр Галкин, был бы чем-то вроде личного участия в демарше несогласных.

Сменивший его на посту в качестве и.о. председателя облсуда Федор Телегин оказался, скорее всего, более восприимчивым к влиянию местных партийцев. Конечно, не в той мере, как им того бы хотелось, иначе как объяснить появление новой волны «компромата», теперь уже в отношении Телегина. И все же его действия, судя по всему, позволяют коррупционерам из числа партийцев почувствовать проблеск большей уверенности в завтрашнем дне.

Телегинское правосудие: ложка Дегтя и чаша Фейтлихера

Вот итоги всего двух процессов, за которыми пристально наблюдал и.о. председателя областного суда Федор Телегин и, судя по их результатам, хорошо усвоил уроки, преподанные его предшественнику.

Первый - дело и.о. ректора СГАП Бориса Дегтя. Пойманный с поличным на взятке руководитель вуза, кующего новые кадры для правоохранительной системы, отделался в итоге штрафом в 200 тысяч рублей. Излишне спрашивать, не подрывает ли доверие граждан к власти, к правоохранительной системе ответственный за обучение и нравственное формирование новых борцов с коррупцией, который сам берет взятки. И разве не заслуживает он строгого наказания, чтобы общество убедилось, насколько неприемлемо для сегодняшней власти такое поведение? Но обществу было продемонстрировано нечто противоположное. Раз гражданин является верным партийцем и сумеет раскаяться там, где нужно, то он, даже за совершение тяжкого преступления против государства, может рассчитывать на необременительный штраф.

Совершенно обратная картина наблюдается, когда речь идет о тех, кто назначен врагом местных единороссов. И вот другой процесс - «Ландо против Фейтлихера».

Фейтлихер не совершал уголовных преступлений, все обвинения в его адрес беспочвенны. Оправдательный приговор по его делу вступил в законную силу. Но оставался еще гражданский иск. В два дня, а точнее - в два счета, у судьи родилось решение, которое наводит на мысль, что страдания видного местного единоросса Ландо, который годами публично забавлял многоуважаемую публику, а теперь вдруг вспомнил о чести и достоинстве, оказались судье близки и понятны. А вот и решение суда первой инстанции: «Взыскать с Фейтлихера в пользу Ландо компенсацию морального вреда в размере 400 тысяч рублей». Такие решения по таким делам без соизволения свыше не принимаются. Вот ориентиры телегинского правосудия: за тяжкое преступление против государственной власти - 200 тысяч, за правду о Ландо - 400. И никого из судей даже не смутила мысль о существовании судебной практики компенсации морального вреда за смерть - 50, максимум 100 тысяч!

Примерно наказав Фейтлихера, судебная власть демонстрирует свою покорность новым «хозяевам жизни»? Областное правосудие по-телегински так, видимо, посылает каждому сигнал: если ты позволишь себе критиковать даже самых мелких партийцев, то сначала год-другой поживешь в шкуре обвиняемого, потом подсудимого, и только потом, может быть, а может быть и нет, тебя оправдают. Посмертно.

Потом будет поздно

Вся Саратовская область участвует в масштабном эксперименте, который мог придумать только воспаленный, захлебывающийся от стремления к абсолютной власти разум. Парадокс в том, что все это видят, многие осознают, но так и предпочитают оставаться в роли лабораторных мышей. В итоге - эксперимент завершен. Прецедент создан. Судьи запуганы и ждут своей участи. Им уже показали на примере Галкина, что для того чтобы спокойно сидеть в своих креслах, нужно быть послушными. Все ветви власти сконцентрированы в одних руках. Если контроль над арбитражным судом дает возможность отнимать и делить собственность, то контроль над судом общей юрисдикции позволяет сажать всех неугодных. Теперь в регионе кем-то избранным людям можно все. Расправляться с неудобными, отнимать у «не своих», сажать и душить врагов. И при этом - врать, врать, врать….

Главный вопрос сегодня - сможет ли судебная система области устоять под натиском медвежьих объятий? Расправа с правосудием ради образцово-показательного наказания Фейтлихера - очередной тревожный сигнал для судебной системы и всего общества. Своего рода поворотная точка, когда каждый будет вынужден делать свой выбор дальнейшего пути. Лучше сделать его осмысленно, исходя из требований Чести, Справедливости и Закона, чтобы потом не удивляться, как это мы до такого дожили.

Обсудить статью в ЖЖ

все статьи
номера
на главную