Карты правду говорят
НОВАЯ ПУБЛИКАЦИЯ
Александр Сорокин
Солнечная дыра
в контакте  |  facebook  |  twitter
СОЦСЕТИ
АВТОРСКАЯ КОЛОНКА   26.03.2014 | 17:48
Лев Гурский
Просмотров: 1551
Версия для печати
Карты правду говорят

...В части увеличения неналоговых доходов намечены мероприятия, способствующие росту поступлений в бюджет...

По сообщениям СМИ

Спикер Владимир Васильевич внимательно смотрит на главный телефон, но тот молчит. Как рыба, как партизан. Это невыносимо.

«Все же свинство, — думает Владимир Васильевич, не имея в виду никого конкретно. — Я по Конституции второй человек в области. Могли бы проявить ко мне элементарное уважение».

Главный телефон молчит. Живая жизнь течет мимо, лениво огибая темно-красное здание на улице Радищева. Корабль представительной власти на плаву, но не плывет: полный штиль. Ветер не наполняет паруса. Крюйт-камера заросла паутиной. Самые ленивые тараканы и те уже удрали с камбуза. Даже городские голуби, пролетающие над мачтами облдумы, ухитряются гадить где-то в других местах.

«И-эх!» — вздыхает Владимир Васильевич и с отвращением листает повестку дня сегодняшнего пленарного. Пункт первый, он же и единственный: «О признании утратившим силу внесения изменений в приложение к постановлению о дополнительном обеспечении регулирования порядка установления минимального размера нежилого помещения». Тьфу ты, напасть какая! Мухи дохнут от тоски.

И тут главный телефон на столе взрывается хриплым звоном. Спикер поспешно хватает трубку, словно боясь, что чудо вот-вот исчезнет.

— Не разбудил? — раздается знакомый голос. — Вот и хорошо. Слушай, Василич, нужна твоя помощь. У тебя под рукой карты есть?

Какое-то шестое чувство подсказывает спикеру, что речь идет вовсе не о географических и даже не о банковских картах.

— Обычные или покерные? — деловито уточняет он, придерживая трубку плечом и одновременно выдвигая нижние ящики стола.

— Таро, — отвечает голос. — Один вопрос надо срочно порешать.

В приятном возбуждении от своей внезапной востребованности спикер, не выпуская трубки, устраивает у себя шмон, похожий на ураган. Засохшие цветы, выцветшие вымпелы и пожелтевшие бумажки разлетаются в разные стороны. Искомая колода обнаруживается в крайнем левом ящике, под пыльной грудой думских постановлений «Об условиях приватизации жителями области столовых и иных приборов, находящихся в госсобственности». Последний раз спикер гадал на картах таро в тот несчастливый день, когда сперва упал Чебаркульский метеорит, а вслед за ним Доу-Джонс и доллар.

— Нашел, — докладывает Владимир Васильевич и тасует карты. — Какая будет тема поиска? И сколько брать вариантов ответа?

— Трех вариантов хватит, — слышится из трубки. — А тема, Василич, простая, проще некуда — наполнение городских бюджетов. Отныне слоган дня — «Спасайся, кто как может». В ближайшие пять лет Москва ничего никому не даст: свободные бабки, сам знаешь, все теперь утекают в одно место. То есть в Антарктиду. Пока в новом субъекте Федерации не построят лыжного курорта мирового класса, остальным регионам велено сосать лапу и выбираться самостоятельно... Ну, готово? Какие результаты?

Владимир Васильевич открывает три карты. На первой изображен кукиш, на второй — рука с перевернутой шляпой, на третьей — роскошная золотая рама с жирным знаком вопроса вместо картины.

Узнав о результатах гадания, собеседник спикера разочарованно крякает. Смысл первых двух подсказок ясен без переводчика и не сулит губернии светлых перспектив. А вот третья карта...

— Золотая рама — это что еще за намек? — интересуются в трубке. — Мы должны торговать картинами? Мы не должны выходить за рамки? Или, может, у нас в области где-то есть месторождение золота? Вдруг мы новый Клондайк? Давай думай, светлая голова!

Ты же крупный специалист в этом деле. У меня идеи кончились.

Положа руку на сердце, спикер не считает себя специалистом по таро, а тем более крупным. В своей жизни он советовался с этой колодой не более десяти раз, а рама ему выпадала лишь однажды — когда депутаты облдумы фотографировались на память и Владимир Васильевич гадал, в каком из двух пиджаков он более фотогеничен: в том, который от Гуччи, или в том, который в серую клеточку.

— Мне кажется... точнее, у меня есть подозрение, — спикер аккуратно выбирает слова. Чувство ответственности сковывает его, но и отмалчиваться нельзя. Иначе в следующий раз вообще не спросят. — Возможно, я ошибаюсь, но, по-моему, пустая золотая рама — намек на наш рекламный потенциал. Карты хотят сказать, что нам надо зарабатывать на рекламной продукции с местной символикой. Грубо говоря, на городских и губернских брендах.

В трубке обреченно вздыхают:

— С нашими брендами давно уже нечего ловить. Отработанный пар. Волжский мост того и гляди обвалится, калач покупают еле-еле, последнюю гармошку мы сами подарили французам, а команданте Че Гаврилыча с его коронкой «Что делать?» лучше лишний раз и не выпячивать. Иначе нас, чего доброго, привлекут за экстремизм: «Русь к топору!» — это вам не шутки, это уже готовая статья...

На Владимира Васильевича внезапно накатывает вдохновение.

— Шут с ними, с калачом и с гармошкой! — говорит он. — Найдем новые бренды, актуальные. Надо выбрать, что из нашего наиболее на слуху, красиво перевязать ленточкой и предложить России!

Несколько секунд трубка молчит — обдумывает идею. Наконец спикер слышит одобрительное хмыканье:

— Ну что ж, Василич, толково. Я знал, ты не подведешь. Только учти, инициатива у нас всегда наказуема. Ты предложил, тебе и решать. У вас сейчас по расписанию что будет, пленарное? Твои бездельники уже собрались? Вот и займи их чем-нибудь полезным. Не мне тебя учить, как дела делаются. Проведи опрос, поставь на голосование и к обеду представь мне новый бренд губернии.

— А... — говорит Владимир Васильевич, но в трубке уже гудки.

Спикер задумчиво чешет затылок: вот попал! И исполнить нельзя, и проигнорировать нельзя. Владимир Васильевич — ни разу не идеалист, он хорошо знает своих подопечных: одно дело — нажать кнопку «за», и совсем другое — что-то выбрать по-настоящему.

Это они разучились за ненадобностью. Даже если их разбудить и мотивировать, консолидированного мнения в таком вопросе быстро не жди. Формально каждый вышел из бизнеса, но привычка тянуть одеяло на себя осталась. А общую идею ждут уже к обеду.

— Выручай, родимая, — обращается спикер к колоде карт. – Ты же умная. Сказала нам «а», скажи и «бэ». Ну? Какой наш бренд мы можем пустить на экспорт? Что у нас такого местного, чтоб знала вся Россия? Наверняка ведь что-то есть, да? Хотя бы намекни...

Владимир Васильевич трижды тасует колоду, затем, мысленно перекрестившись, выбирает три карты и открывает их по одной.

Первая карта — белая овца. Вторая карта — часть лица с колокольчиком вместо рта. Третья и последняя карта — кроткий младенец, подвешенный над кипящим адским котлом.

Вот оно! Владимир Васильевич сразу понимает намек. Не то чтобы ему очень нравится результат, но деваться некуда. В отличие от людей, карты не врут. Мост, калач и гармошка действительно уже не катят. Мир изменился, нас теперь знают по другим приметам.

Так что придется торговать тем, что есть: бюджет не будет ждать.

Для порядка спикер заново перетасовывает колоду и опять выбирает три карты. Ровно то же самое. Овца. Рот-колокольчик. Младенец. Что и требовалось доказать. Реальный расклад вряд ли изменится.

— Поздравляю, — говорит он, обращаясь куда-то в пространство. — С сегодняшнего дня вы наш новый бренд, Ольга Юрьевна.

другие материалы
рубрики
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:
Цитата
Количество символов:0
Внимание! Количество символов
в комментарии не должно
превышать 2000 знаков!
КОММЕНТАРИИ (2)
28 марта 2014, 10:05
А на картине шуляк намалевана? я правильно понял?
ответить
29 марта 2014, 17:41
В этом фельетоне автор верно показал, что нашей власти нечем представить область, кроме образа красивой депутатки О.Баталиной. Какие-либо реальные бренды у нас отсутствуют как таковые.Поэтому у Саратовской области в стране репутация серого региона,глубоко дотационного и неинтересного для инвесторов.Для создания такой "завидной" репутации много потрудились администрации губернаторов Аяцкова, Ипатова и Радаева. Мы, саратовцы, имеем такую власть, какую заслуживаем.
ответить
на главную