Дюжина страданий
НОВАЯ ПУБЛИКАЦИЯ
Тимофей Бутенко
Дедовщина
в контакте  |  facebook  |  twitter
СОЦСЕТИ
КУЛЬТУРА   06.11.2015 | 17:43
Дюжина страданий
Просмотров: 397
Версия для печати

Несмотря на все сложности, отсутствие денег и переживания по этому поводу организаторов, в Саратове состоялся-таки двенадцатый фестиваль телекинодокументалистики. Уже второй год на него в областном бюджете не оказывается денег, и почти все проводится на спонсорские средства. У власти, видимо, другие приоритеты, есть что-то важнее документального кино. Однако очередные "Саратовские страдания" все же позади.

Анклавы

У власти вообще часто происходит переоценка ценностей. Так случилось, например, и в Германии, где в городе Дортмунде правители и инвесторы решили, что отдых толстосумов важнее, чем тяжелая промышленность. Эту историю нам рассказывает фильм режиссеров Ульрика Франке и Михаиля Лёкина "Чудесное расположение". На месте крупного промышленного центра было решено построить элитное жилье у озера. Озеро, кстати, тоже построить. Вместо фундаментов заводов и фабрик был разрыт огромный котлован, его заполнили водой, а водоем оброс дорогими коттеджами с бассейнами. Простым жителям города, уволенным труженикам снесенных предприятий, придется смотреть на голубую водную гладь.

Полный мужчина ходит вокруг водоема и разглядывает в бинокль уток и гусей. Он рад озеру, так как считает, что на нем смогут остановиться пролетные журавли. Но еще не знает, что в это время проходит специальное совещание по поводу недопущения птиц на озеро. Все должно быть согласно плану, а план не предусматривает птиц. Но неприятнее совещания по вопросу птиц встреча застройщиков с полицейскими о том, как рядом с домами толстосумов предотвратить отдых простых граждан, которые своим поведением могут раздражать богачей. Рабочие оказались на этой территории лишними. Словно журавли или сорная рыба в озере. Потому в водоем запустят щуку, а в новый район — усиленные отряды полицейских.

Никому не нужными оказались и жители маленького чукотского островного поселка. Героями фильма Дарьи Федяевой "Потерянная земля" стала семейная пара. Татьяна и Сергей — последние жители населенного пункта. "Нам сказали, что поселок расформировывается, отрежут газ, свет… Мы подумали, как же они это сделают, если тут люди живут? Но они отрезали. А мы остались", — рассказывает женщина. Но настает время, когда все же приходится сниматься с якоря и ехать на материк. Перед отъездом семейная чета сжигает вещи. В ходе обсуждения картины режиссер призналась, что сама считает этот кадр не вполне естественным: "Я спросила, почему нельзя вещи перевезти на материк и кому-то отдать. Мне сказали, что они решили их сжечь — везти тяжело, кому-то раздавать неловко". "Будто жизнь свою сжигаем", — тихо, но даже с какой-то усмешкой говорит в кадре Татьяна.

Неместные

А вот в России патока скисла, забродила… Превратилась во что-то иное. С этими изменениями столкнулся герой ленты Анастасии Зверьковой "Земляк". Франсуа Дембеле родился в Африке, с детства мечтал работать биологом и жить в счастливом Советском Союзе, куда и отправился вслед за мечтой. Паспорт он получил, но не советский, а российский, а вместо научной лаборатории ему вверен трамвай в Иркутске. Но чернокожий водитель электротранспорта не унывает, считая, что жизнь у него сложилась хорошо. У него есть жена и дети. Он научился чинить дверь вагона при помощи маникюрного набора, легко ладит с коллегами, ведет прогноз погоды на местном телевидении. О трудностях же Франсуа молчит. Упоминает некие проблемы, но тут же прячется от темы. Согласно его мировоззрению, любая жизнь — это путь к просветлению. И со следующей реинкарнацией жизнь будет все ближе к идеалу. Так и его бытие в России — всего лишь очередной этап на пути к вечной мудрости.

Чем-то схожа с этой картиной и лента "Пришелец" режиссера Олеси Хороших. Она рассказывает об итальянце Джованни Севино, который также с детства мечтал приехать в Россию. Он родился в семье коммунистов, сам участвовал в демонстрациях, а защитив диссертацию о революции 1917 года, отправился в Москву. Там он познакомился с российскими единомышленниками, стал участником и одним из соведущих марксистского кружка. Но общение с теми московскими "левыми", с которыми его столкнула жизнь, создало у него впечатление бега по кругу, отсутствия решительных действий. А одной теорией на кружке сыт не будешь…

Еще одну ленту про "неместных" представил Павел Фаттахутдинов. Его фильм "Посторонние" рассказывает о школьниках неблагополучного екатеринбургского поселка Сортировка. Гопники, рынок, шум железнодорожной станции. Подавляющее большинство учеников местной школы — дети из мусульманских семей. Однако подбор героев фильма говорит о том, что посторонними в этом поселке оказались русские. С одной стороны, официально назначенный "смотрящим по школе" старшеклассник. Он по мусульманским канонам уже в школе носит бороду, хочет пойти в армию и создать крепкую семью с множеством детей. С другой стороны — два русских героя: его ровесник, который бросил школу ради того, чтобы шабашить на стройке, и маленькая девочка, которую в классе все обижают. В противовес им показывается русская же девушка первого героя, которая легко шагает в мусульманскую семью, надевая платок перед тем, как сесть в гостях перед накрытым на полу столом. Собственно говоря, лента "Посторонние" оказалась единственным ксенофобским фильмом в конкурсной программе фестиваля. Любопытно, что именно она получила приз от министерства культуры Саратовской области.

А в действительности посторонними оказались сирийские беженцы — герои британской картины "Учимся плавать" режиссеров Ареки Дакессиан и Фараха Набоусли. Фильм — это собрание небольших историй, рассказанных детьми беженцев, обитающими в одном лагере. Он примечателен отсутствием авторского высказывания по поводу политической составляющей конфликта.

Оскал капитализма

В похожем лагере все лето живет и бедная курдская семья, которая каждый год ездит на заработки в Анкару. Там их селят в палатки прямо на поле, где им предстоит до конца сезона выращивать латук (салат). Им приходится ругаться с начальством, которое не обеспечивает их трубами для печей-буржуек и прочими необходимыми для быта вещами. Но спрос велик: каждый день по полю ходит надзиратель, грозящий уволить тех, кто, по его мнению, плохо работает. Кричит, понукает. По заверениям местных жителей, он тоже, однако, не в самом лучшем положении: по-настоящему зарабатывают на латуке только комиссионеры, которые скупают салат за бесценок, а затем распространяют по рынкам. И им все равно, какие личные драмы происходят у тех, кто выращивает товар. Внезапно вспыхнувшая любовная история заканчивается побегом молодых, ссорой двух семей и становится одной из сюжетных линий фильма "Однажды" турецкого режиссера Козима Оза.

Герои фильма Елены Отрепьевой "Ребалда" живут в одноименном поселке на Соловках и занимаются заготовкой морской капусты. Вообще, их быт и условия труда заставляют вспомнить недавно вышедший роман Захара Прилепина "Обитель". Эти нанятые рабочие оказываются мало чем отличны от каторжников. В поселке нет света, электричество включается только на несколько часов раз в два дня. Чтобы можно было испечь хлеб — по две буханки на человека. Рабочие признаются, что если бы в поселке продавали алкоголь — добыча водорослей могла бы встать. Тем не менее все они пытаются начать там новую жизнь, некоторые даже обзаводятся семьями. Один из героев картины за три месяца работы получил 10 тысяч рублей. Для сравнения автор показывает салоны красоты, где обертывание в один из добытых листов капусты обходится клиенту в 2,5-3 тысячи рублей. Елена рассказала, что руководство предприятия в Ребалде было против съемок, а после выхода фильма поселок стал еще более закрытым.

Реабилитация

Однако сбор водорослей — это не худшее, чем мир заставляет заниматься человека. Бренда Майерс-Пауэл — бывшая проститутка из Чикаго. После нападения на нее одного из клиентов она решила полностью посвятить себя психологической помощи женщинам, столкнувшимся с насилием и/или занимающимся проституцией. Ей в этом помогают подруга по старой "работе" и бывший сутенер, который на собраниях с гордостью заявляет, что не употреблял наркотики и не развозил девочек уже столько-то лет. О работе фонда "Ловец снов" — фильм британского режиссера Ким Лонгинотто "В погоне за мечтой".

Совсем другой подход демонстрирует программа реабилитации женщин Республики Косово, оставшихся вдовами после вооруженного конфликта. Нанесенные им таким образом раны предлагается залечить нестандартным способом: им раздаются ульи и все необходимое для пчеловодства. "Держать пчел, это как иметь дома святого", — говорит одна из вдов — героиня фильма Юлии Стоян "Мед на раны".

Другие же люди находят спасение в спорте. Об этом рассказывает очень качественная с технической точки зрения российская лента "Дух в движении", ставшая дипломной работой для целой когорты молодых режиссеров. Она даже объявлена первым официальным фильмом паралимпийского комитета. Картина рассказывает истории нескольких спортсменов, принимавших участие в сочинской паралимпиаде. Авторы признались, что во многом над ними довлела необходимость работать под эгидой канала "Россия 1". Один из создателей ленты, оправдываясь за не совсем уместные кадры, сообщил, что авторам до сих пор "попадает" от начальства за "малый градус" российского патриотизма.

Дети

Целых два фильма оказались посвящены инклюзивному образованию и работе с детьми, имеющими отклонения. Это картина "Улисс в компании" французского режиссера Джонатана Достарта Хензински и российская лента Гаянэ Петросян "Свои не свои". Фильмы разные по духу: если первая лента больше похожа на учебник, рассказывающий об одном из способов работы с такими детьми, то вторая говорит скорее о том, что в России с ними вовсе не хотят работать. Общество в нашей стране настаивает на том, что такие дети должны учиться отдельно, а государство будто все делает, чтобы запереть инвалидов дома. Среда остается доступной только на словах, а общество закрыто для тех, кого будто издевательски называют "особенными" детьми.

Но инвалидность — это не единственная трудная ситуация, в которой могут оказаться дети. Мир полон соблазнов, которые могут сломать жизнь. В центре внимания фильма румынского режиссера Александра Нанау "Тото и его сестры", открывавшего фестиваль, мальчик Тотонель. Две его сестры выступают антагонистами друг другу. Ана употребляет наркотики и не пытается препятствовать друзьям сидящей в тюрьме матери, которые изо дня в день приносят в дом отраву. Дети растут в грязи, подчас без еды. Вторая сестра — Андреа — сначала пытается сбежать из этого ада, а затем вместе с Тото уходит в интернат. Очень серьезная лента смотрится как художественная и постоянно держит зрителя в напряжении.

Провинция

Люмпенизированной прослойке общества посвящена и российская картина "Звизжи" режиссера Ольги Привольновой. Она рассказывает о жителях одноименного поселка, близ которого ежегодно проходит фестиваль "Артстояние". Собственно, его-то Ольга и отправлялась снимать. Однако по-настоящему ее, а впоследствии и зрителей захватили местные жители — Валька, Людка, Женька и шестидесятилетняя "куколка" Наташа, которая живет с бывшим сидельцем. Она рада бы выгнать его, но он проводку чинить умеет. Выгнала. А потом приревновала да обратно позвала. И так всегда. А фестиваль… Да кому он нужен, когда рядом такие, пусть пьяные, но все же страсти.

P.S. Со всеми лентами, участвовавшими в фестивале, а также с его итогами можно ознакомиться на официальном сайте "Саратовских страданий". 

другие материалы
рубрики
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:
Цитата
Количество символов:0
Внимание! Количество символов
в комментарии не должно
превышать 2000 знаков!
КОММЕНТАРИИ (0)
на главную