x
Урбанизм до и после войны
в контакте  |  facebook  |  twitter
СОЦСЕТИ
НАРУЖНОЕ НАБЛЮДЕНИЕ   26.11.2016 | 09:45
Урбанизм до и после войны
Просмотров: 358
Версия для печати
эскиз площади у Консерватории 1950-е годы - скан из книги Бориса Донецкого и Евгения Максимова Архитекторы Саратова. Тарас Ботяновский

Пока в Саратове открывают новую пешеходную зону и приглядываются к новым горизонтам городского планирования, мы продолжаем изучать историю нереализованных "урбанистических новаций" из недавней истории. В статье "Стрелка 1937 года" мы вспомнили первые наиболее значимые и резонансные для своего времени советские проекты комплексного развития города. Что-то из них было реализовано, что-то взято на вооружение в более поздние годы, но все же значительная часть предложений по превращению Саратова в город-сад так и осталась лишь в архивах.

Не все идет по генплану

И все же довоенные проекты развития городской среды с середины 1920-х по 1937 годы, о которых мы рассказали, были лишь предысторией. Куда более эпохальная веха в механике развития города началась в 1939 году, когда был составлен первый генеральный план социалистической реконструкции Саратова, реализация которого из-за Великой Отечественной войны в основном началась с середины 1940-х годов. "Этот план принципиально отличается от дореволюционных планов тем, что впервые в истории города намечалась реконструкция его на основе государственного планирования с учетом интересов всего населения", — писал Александр Осятинский в книге "Строительство городов на Волге".

26 января 1940 года в газете "Коммунист" появилась публикация А. Ялынычева "Новый Саратов", рассказывающая о том, как на заседании исполкома городского совета "обсуждалась генеральная схема планировки Саратова (автор проекта архитектор тов. Гуревич)". "Город будет расширяться на территории, прилегающей к теперешнему Саратову. На севере он займет верхнее плато Соколовой горы; на северо-западе строительство займет территорию от 1-й до 4-й Дачной остановки; на юге — застроится территория между Агафоновой горой и деревней Шарковкой. Схема нового Саратова планировалась с учетом роста населения до 600 тысяч человек при норме 9 квадратных метров жилой площади на человека", — говорилось в публикации.

Что касается северо-западного и южного направлений, то они, по сути, были реализованы в виде нынешних Заводского и Ленинского районов.

Если Ленинский район стал развиваться в послевоенные годы, то про территорию обозначенного в первом социалистическом генплане южного вектора развития еще 5 мая 1939 года газета "Коммунист" сообщала следующее: "В связи с большим ростом Саратова Президиум Верховного Совета СССР издал Указ о расширении его территории. Президиум городского совета включил в границы Сталинского района Саратова ряд поселков: Мордовский, Юнгеровку, Мачиновку, Шарковку, Лозгачевку, Токмаковку, Есиповку, Князевку. Набережный Увек, Ивановский Увек, земли совхоза "Ударник" с поселком Екатериновкой, Калашниково и Болдыревку, территорию полосы отчуждения РУЖД со станцией Саратов-3, земельные участки нефтескладов, крекинг-завода, завода комбайнов, института механизации сельского хозяйства".

Иными словами, в черту нынешнего Заводского района включили целый ряд деревень, часть которых и по сей день мало изменила сельский уклад, а часть легла под асфальт и бетон "нового урбанизма".

Северному вектору (плато Соколовой горы) повезло меньше. В генплане 1939 года это направление было четко прорисовано: новые жилые кварталы в ближайшие годы должны были вырасти на месте существующих на своих местах и поныне аэропорта и опытных полей НИИ СХ Юго-Востока (аэропорт, как известно, был открыт в 1931 году, а поля для выведения новых сортов сельхозкультур использовались учеными еще с дореволюционных пор). Почти 80 лет назад градостроители понимали, что Саратов плавно подбирается к требующим выноса на существенные расстояния от городской черты "препятствиям", о необходимости переноса которых говорят и поныне (хорошо это или плохо для перевозчиков и ученых и как их интересы должны сочетаться с логикой развития городского пространства — разговор отдельный). В ряде публикаций упоминалось, что спустя 10 лет после принятия первого советского генплана, в 1949 году, Саратов просил Главное управление Гражданского воздушного флота СССР изыскать более подходящее для аэроузла место вдали от обступающих взлетные полосы жилых и общественных кварталов. Но замначальника ведомства Шалва Чанкотадзе заявил, что строительство нового аэропорта невозможно в связи с проблемой выбора площадки.

Однако в 1954 году была разработана детальная схема планировки северного района Саратова, которую приводит в своей книге "Строительство городов на Волге" Осятинский. Схема 1954 года во многом копировала чертеж генплана 1939 года в части планировки застройки равнины, на которой располагаются опытные поля и аэропорт. Единственное, что было реализовано из этого проекта (и то с радикальным отклонением от первоначальных схем), это строительство зажатого между южным склоном Соколовой горы и аэропортом микрорайона СХИ, спроектированного институтом "Саратовгипросельстрой" в 1960 году.

Не потеряли берега

Возвращаясь к генплану 1939 года, стоит отметить, что именно этот документ одним из первых регламентировал расширение площади Революции (ныне Театральной) за счет сноса ангаров и лабазов Верхнего базара и превращение ее в центральный административный пункт города и области путем возведения здесь областного Дома советов в стиле помпезных сталинских высоток. Дом этот, как и северный район, тоже не появился. В 1950-е годы власти региона планировали, что Министерство геологии СССР на свои средства выстроило бы роскошное здание дворца для НИИ геологии и геофизики, а потом бы его забрала партия. Но хоть здание НИИ было возведено к 1960 году, областные власти получили для своих нужд соседнее здание на Московской, 72, лишь в конце 1970-х. Предыстория появления нынешнего вида Театральной площади с памятником Ленину стоила немалых проблем архитектору Тарасу Ботяновскому, который в 1950-е годы являлся одним из авторов проекта Дома советов. О его биографии "Газета Наша Версия" рассказывала в статье "О пользе "излишеств".

Весьма интересно про генплан 1939 года в статье "Новый Саратов" говорилось в части будущей набережной: "С сооружением Камышинской плотины значительно поднимется водный горизонт Волги. Это превратит улицу Чернышевского в набережную. Схемой планировки предусматривается односторонняя застройка этой улицы домами в 5-6 этажей с прекрасным архитектурным оформлением. Так как водное зеркало Волги увеличится около Саратова до 9 километров, в план включена постройка в районе Улешей речного порта, а возле Глебучева оврага — речного вокзала".

ГЭС на Волге построили после войны не в Камышине, как предполагалось в начале 1930-х, а ниже по течению (Волжская ГЭС в Волгограде). Так образовавшееся Волгоградское водохранилище не затопило прибрежные кварталы старого Саратова (к чему бы это привело впоследствии, можно только догадываться), а в 1950-е годы был реализован проект нынешней Набережной Космонавтов авторства архитекторов Эдуарда Петрушко и Владимира Делиникайтиса.

Проект реконструкции Саратова 1939 года, как и его предшественники, предусматривал расширение городского парка культуры и отдыха, а также создание новых зеленых зон, о чем рассказывала в январе 1940 года газета "Коммунист": "На восточном склоне предгорья Кумысной поляны (бывшее Игуменское ущелье), в районе бывшего сада Королькова, на плато Соколовой горы и в пойме реки Волга, на юг от Залетаевского оврага".

Не менее глобально первый советский генплан Саратова предлагал изменить и историческую часть Саратова. Так, 16 апреля 1940 года в газете "Коммунист" появилась статья, посвященная тому, что архитектурно-планировочная мастерская городского коммунального отдела "приступила к составлению детального проекта застройки жилых кварталов 125 и 132 по Михайловской улице (начиная от Мирного переулка до Астраханской, включая Камышинскую улицу от Советской до ул. 20-летия ВЛКСМ)".

Речь шла о расширении нынешней улицы Вавилова, которая тогда называлась Михайловской.

"Эта работа является детализацией генерального плана реконструкции Саратова. Разрабатываемый проект предусматривает превращение Михайловской улицы в широкую магистраль с бульваром в центре. Ширина улицы, которая сейчас составляет 21 метр, будет доведена до 88 метров. Проезжие части будут расположены по обе стороны бульвара, который в конце сольется с посадками по Астраханской улице. Намечается снос жилых домов, расположенных по правой стороне улицы по направлению к Астраханской. На их месте будут воздвигнуты новые многоэтажные жилые дома", — сообщалось в статье.

Снос ветхих лачуг в северной части улицы Вавилова растягивался на десятилетия, хотя бульвар был заложен не только в довоенном генплане, но и в проекте реконструкции исторического центра Саратова 1954 года. В последующие годы все здания на месте планируемой зеленой зоны строились с соответствующим отступом от красной линии улицы, то есть с заделом под грядущее расширение. Между старой и новой красными линиями продолжали врастать в землю дореволюционные хибары, на месте которых с конца 1990-х вместо бульвара стали появляться бизнес-центры. Теперь от анонсированной в далеком 1940 году парковой зоны остался лишь небольшой отрезок между улицей Рахова и Мирным переулком, где с соблюдением бульварного отступа была построена единственная в Саратове сталинская высотка, более известная как дом "Кассы Аэрофлота" (об истории этого здания мы писали в статье "Классический пласт").

Удивительное кряду

Помимо бульвара на Вавилова проект реконструкции центра Саратова 1954 года предполагал тотальный снос дореволюционных построек в границах улиц Советской, Астраханской, Кутякова и Радищева. Взамен планировалось застроить все входящие в этот периметр кварталы зданиями высотой от четырех этажей, что соответствовало тогдашним задачам, обозначенным в разработанном на рубеже 1940–1950-х годов генеральном проекте планировки и застройки Саратова. Проектом предусматривалось повышение средней высотности зданий до 3,5 вместо существующей на тот момент 1,65 этажа и строительство в центральных районах четырех-пятиэтажных зданий.

В этой связи в 1950-е предлагалось кардинально изменить облик площади у консерватории. Из существующих здесь построек архитектор Ботяновский советовал оставить лишь само здание музыкального вуза, а вместо церкви "Утоли моя печали", архиерейского дома и на месте нынешнего фонтана должны были вырасти внушительные дворцы в стиле сталинского неоклассицизма. В реальности же по проекту Ботяновского в окрестностях памятника Чернышевскому был построен только монументальный пятиэтажный дом № 6/8 по проспекту Кирова.

Еще с окрестностями консерватории, точнее стадиона "Динамо", была связана история с несостоявшимся переездом театра оперы и балета. В эпохальном для города 1939 году в саратовской прессе много писалось о том, что новое здание театра будет возведено на Коммунарной (ныне Соборной) площади по проекту архитектора Федорова из организации с названием "Театрпроектмонтаж". При этом консультировал автора проекта академик архитектуры Иван Жолтовский, известный как духовный лидер сторонников классических форм в зодчестве, победивших в середине 1930-х новаторов-авангардистов.

"Объем сооружаемого здания определяется в 61 тысячу кубических метров, что в три раза превышает объем нынешнего театра оперы и балета. Потребуется снос теннисного стадиона, расположенного на Коммунарной площади. Но это, однако, не нарушит интересов спортсменов. Для теннисных кортов предоставлена новая и очень удобная площадка, примыкающая к Детскому парку (Пугачевская улица, угол Рабочей). На эту площадку переносятся корты, оборудование которых за счет средств строительства должно быть закончено в конце сентября", — писала летом 1939 года газета "Коммунист". Но, как известно, театр оперы и балета остался на прежнем месте — во второй половине 1950-х его реконструировали и фактически перестроили по проекту Ботяновского, а на месте теннисных площадок в период войны был устроен стадион "Динамо".

Примечательно, что в проекте реконструкции центра Саратова 1954 года не успели отказаться от разбивки театра в сквере "Липки" (тогда назывался садом имени Максима Горького), о чем рассказывал в своей книге "Строительство городов на Волге" Осятинский: "Положительным в эскизе реконструкции было градостроительное решение района сада им. М. Горького. Вся территория вместе с открытой площадью по ул. Радищева и стадионом объединяются в микрорайон с сосредоточенной зеленью и с выделением открытой площадки в сторону Радищевской улицы для строительства нового оперного театра.

К сожалению, эта идея в настоящее время потеряла свою реальность из-за реконструкции старого оперного театра. Строительство же нового театра в ближайшее десятилетие кажется маловероятным. Едва ли осуществимо также удаление случайно расположенного здесь стадиона. Однако возможности реализации эскиза в этой части города еще не потеряны. Они остаются в силе даже при сохранении воздвигнутого в 1953 г. памятника Н. Г. Чернышевскому при условии, что он будет включен в качестве одного из компонентов в общее решение всей территории этого района".

Сегодня все эти предложения кажутся анекдотичными в силу того, что площадь у консерватории — это своего рода маркер города. Впрочем, и маркер этот отнюдь не статичен. И дело не только в новой плитке — за век изменения на одном из самых узнаваемых перекрестков Саратова проходили куда чаще, чем мы привыкли думать. И это значит, что Саратов все еще остается живым организмом, а не застывшим во времени пространством сплошных руин и деградации.

другие материалы
рубрики
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:
Цитата
Количество символов:0
Внимание! Количество символов
в комментарии не должно
превышать 2000 знаков!
КОММЕНТАРИИ (0)
на главную