Дай миллион! Дай миллион!

Дай миллион! Дай миллион!
Работа фотографа Бориса Юрченко, за которую он получил Пулитцеровскую премию. Москва, 1991 год, августовский путч

Двадцать восемь лет назад несколько угрюмых, пожилых мужчин в серых костюмах решили, что хватит им этих реформ, этой гласности, свободных выборов народных депутатов и вообще демократии, а нужно, чтобы все стало, как было раньше, когда им было хорошо и всё понятно.

Пожилые мужчины собрались в помещении пресс-центра МИД СССР и объявили себя властью. А сотни тысяч москвичей собрались на улицах столицы и сказали, что власть здесь все-таки они. Через какое-то время пожилые мужчины начали стреляться, вешаться, выбрасываться из окон, а некоторых арестовали.

В нынешние времена, когда в столице небывалая политическая активность, автозаки и ОВД переполнены, многие задаются одним вопросом: а почему на улицу не выходит миллион граждан? Или хотя бы 500 тысяч! Ведь в 1991 году вышли. Сейчас почему нет?

Да, в 91-м вышли. Может, 500 тысяч, может, 700 тысяч. А теперь в 13-миллионной Москве на разрешенный митинг на проспекте Сахарова выходят 50 тысяч человек. На разрешенный митинг! Это немало, но и очень немного. Как если бы в Саратове вышли человек 500 и потребовали бы отставки губернатора, а тот и отставился бы сразу же.

Так почему в 91-м году вышли сотни тысяч вчерашних комсомольцев и пионеров, которые еще совсем недавно давали клятвы на верность дедушке Ленину и его делу?

Не будем заморачиваться над сложными ответами. Да они и ни к чему. Самое простое объяснение может быть самым верным. Поэтому скажем проще: туалетная бумага. В ней все дело. Она — мягкий ключ ко всему. Из-за нее пришла или наступила — как хотите — задница Советскому Союзу.

Сейчас зайдите в любой магазин, подойдите к полкам с туалетной бумагой и поглядите, какое буйство красок и вообще художественное разнообразие. Однослойная туалетная бумага, двухслойная, трехслойная, нежная, мягкая, заботливая, с узорами и вензелями, с ароматом лаванды, календулы, жасмина, орхидеи, гортензии и черемухи. Если хорошо поискать, то можно найти и моющуюся туалетную бумагу. Вообще, при таком ассортименте от производителей можно открывать гипермаркет «Мир туалетной бумаги». Или «Планета туалетной бумаги» — как принято нынче обзывать магазины. Странно, что никто еще не додумался. Вот даю идею для стартапа.

Но тридцать лет назад не было туалетной бумаги. Молодым людям 20-30 лет сложно это представить, но не было её!

Советское правительство могло производить ракеты и танки в неограниченном количестве, а туалетную бумагу не могло. Достаточно сказать, что первая партия туалетной бумаги появилась к семидесятому году. Через девять лет после Гагарина в космосе и через пять лет после Леонова в открытом космосе. Бумагу производили на двух закупленных английских агрегатах. Конечно, она была дефицитом. Диарея в советских семьях не приветствовалась.
Поэтому советские люди использовали газеты — «Коммунист», «Известия», «Труд», «Комсомольская правда» и другие. Терли, извиняюсь, жопу фрагментированными портретами членов Политбюро, отпечатанными газетными орденами и профилем дедушки Ленина и восторженными статьями о том, что план очередной пятилетки удалось выполнить в четыре года — «Ура, товарищи!».

Тот, кто работал в разнообразных канцеляриях, тащил при удобном моменте оттуда какие-нибудь бланки или счета-фактуры, и семья терла зад бланками.

Вообще, явление, конечно, было мощное. Сверхдержава, одна шестая часть суши, полный контроль над Восточной Европой, преданные друзья-людоеды в Африке и Юго-Восточной Азии, атомные ледоколы идут к северному полюсу и осваиваются новые нефтегазовые месторождения в Сибири. А жопу вытереть нечем.
Ну? И скажите, могли ли остаться дома сотни тысяч москвичей, когда узнали, что группа угрюмых товарищей пожелала, чтобы и впредь так было, и никаких перемен в стране не надо?!

Но туалетная бумага — это только цветочки — лаванда и гортензии, как мы говорили. А были еще в Советском Союзе и ягодки. По женской части. Многие молодые девушки не поймут, но тогда этих нежных и заботливых штучек тоже не было. Вообще.

То, что вы покупаете в любых гигиенических отделах на каждый день, а другое на раз в месяц, кажется. Если туалетная бумага была дефицитом, то этого не было совершенно. А что использовали девушки и женщины? Я как-то предположил в веселом разговоре, что марлю или вату, а одна женщина сделала круглые глаза: «Ты что сдурел?! Какую марлю?! Марля дорогая. Тряпки! Тряпки использовали. А потом стирали и сушили, чтобы снова использовать». Понимаете? Женщины великого Советского Союза использовали тряпки. Стирали, сушили на веревке и снова использовали. И шли на первомайскую демонстрацию. Кумач в руках, кумач в ногах, простите. И разве после такого могли остаться тысячи девушек и женщин, когда узнали что группа пожилых, угрюмых товарищей желает, чтобы так оставалось и впредь — с тряпками? Не могли.

Да, теперь многие только и говорят о том, что раньше были самое лучшее мороженое, самый лучший лимонад и самые лучшие сосиски. Потому что сосиски были сделаны по ГОСТу. Звучит, как магия — советский ГОСТ! Ах, ты ж его в шпикачку! Возникает такое ощущение, что советский ГОСТ — это когда на производстве стояли члены ЦК и смотрели, как технологи закладывают в аппараты отборное мясо телят и поросят. А тех, кто мухлевал и уворовывал, тут же расстреливали за фабричным цехом. Да нет же! ГОСТ — это не признак высшего сорта или отборных компонентов, это просто стандарт, а он мог допускать всё, что угодно — и крахмал, и рыбную муку, и субпродукты, и шкуры с сухожилиями. Это всё тоже по ГОСТу.

И совершенно точно члены ЦК не стояли с тобой рядом на кухне, когда ты в ложке плавил сахар над газовой конфоркой. И не следили за банкой сгущенки, чтобы она не взорвалась в кастрюле с кипящей водой. Потому что это было любимое детское лакомство. Варить надо было часа два, кстати.

Вот по этой причине на улицы Москвы в 1991 году вышли 500 или 700 тысяч человек, которые устали ждать в очередях коммунизм, который должен был наступить 11 лет назад, еще в 1980-м. Но так и не наступил. А больше ждать люди не могли. Никакой «Росгвардии» тогда и в помине не было, а даже если бы и была, то 500 или 700 тысяч людей на площадях и улицах — это многовато для «Росгвардии». Была армия. Ее ввели на танках и бронетранспортерах в Москву. Но армия еще живо помнила, как партия бравурно вводила ее в Афганистан в 1979-м, а спустя десять лет вывела без 15 тысяч человек. И зачем армию вводили в Афганистан, она не поняла, хоть и действовала там, потому что приказали. Поэтому, когда армию ввели в Москву, она тоже не поняла, и на всякий случай уже не стала действовать, хоть ей и приказывали. Поэтому номер с разворотом назад у пожилых и угрюмых товарищей не прошел.

Юные и не очень адепты советского строя любят брезгливо выговариваться на тему того, что вот обменяли великую державу на колбасу! Но адептам не приходит в голову мысль о том, до какой степени нужно было довести граждан великой державы, чтобы они мечтали о лишней палке колбасы, которую хранили на Новый год или юбилей главы семьи. Мечтали! Об этом адепты не задумываются. Адептам упорно кажется, что о колбасе мечтали только диссиденты и проклятые космополиты, а настоящие советские граждане гордо от нее отказывались и слышать о ней не желали.

А сейчас в магазинах есть всё. Да, политиканы-брехуны задолбали, воры и коррупционеры с мерзкими улыбочками и элитными квартирами и виллами задолбали. Да, реальные доходы россиян падают уже пятый год подряд. Но их пока хватает, чтобы купить себе пожрать что-то в ближайшем маркете, а не торчать в очереди, выхватывая последнюю связку сарделек.

И не надо причитать: где миллион человек, где миллион человек, дай миллион на улице! Миллион этот по гипермаркетам бродит, выискивая окорочка, бананы и пиво по акции. Благо, что проблем ни с гипермаркетами, ни с магазинными акциями пока нет. И в ближайшем будущем не будет. Как и не будет миллиона человек на улице.