«Есть страх, что нам тут не рады»: уехавшие из Саратовской области программисты рассказали, как им живётся за границей и планируют ли они возвращаться на родину

«Есть страх, что нам тут не рады»: уехавшие из Саратовской области программисты рассказали, как им живётся за границей и планируют ли они возвращаться на родину
Здесь и далее фото предоставлены собеседниками ИА «Версия-Саратов»

После начала спецоперации на Украине из России массово начали уезжать IT-специалисты. Несмотря на предоставляемые государством меры поддержки в виде льготной ипотеки или отсрочки от армии, айтишники продолжают покидать страну. Среди них и уроженцы Саратовской области, которые до недавнего времени трудились в нашем регионе.

Только в конце марта, по подсчётам главы Российской ассоциации электронных коммуникаций (РАЭК) Сергея Плуготаренко, из страны уехали 50-70 тысяч специалистов. Однако в конце мая глава Правительства РФ Михаил Мишустин заявил, что около 85% уже вернулись обратно. Как сообщает РБК, по словам замглавы МВД Игоря Зубова, сейчас в стране не хватает около 170 тысяч сотрудников этой сферы.

Саратовские программисты рассказали ИА «Версия-Саратов» о том, почему решили уехать, с чем столкнулись при пересечении границы и что плохого и хорошего обнаружили на новом месте.

Отметим, что сотрудников IT-сферы можно условно разделить на разработчиков и руководителей. Нам удалось пообщаться с разработчиками, которые в свою очередь тоже делятся на несколько групп: junior, middle и senior. «Джуниор» — это младший специалист, «сеньор» — старший.

 

Михаил, 24 года (имя изменено по просьбе собеседника), переехал в Грузию

Грузия

— В IT-сфере я работаю неполных два года. Отучился на факультете КНиИТ в СГУ. С курса третьего уже хотел попасть в эту сферу, проходил собеседования, но осуществить желаемое удалось только к пятому курсу. Сейчас считаюсь «джуниором», но учитывая, что компания согласилась меня релоцировать, возможно уже и нет. Но официально по документам я младший специалист.

Зарплата в профессии меняется в зависимости от ранга. Насколько я знаю, когда человека повышают до «мидла», она возрастает чуть ли не в два раза. Допустим, если ты начинаешь с 40 тысяч рублей в месяц, то перейдя на новый уровень, в Саратове будешь получать 80 тысяч, если не больше.

Изменения в работе начались в какой-то из дней после 24 февраля (начало спецоперации на Украине, — прим. авт.). Большие боссы IT-компаний, работающих с зарубежными клиентами — а я отношусь как раз к такой — читали новости, оценивали риски и прогнозировали, какая может быть реакция у западных специалистов. Насколько я понимаю, ещё не получив жёсткого ответа от партнёров и клиентов о прекращении сотрудничества, они уже начали процесс релокации, чтобы подстраховать себя.

Менеджеры не приходили к каждому и не уговаривали переехать, но все сотрудники могли заполнить форму, заявляющую о желании релоцироваться. В ней нужно было также указать, куда и на сколько планируется переезд. По результатам их рассмотрения уже индивидуально приходили менеджеры и говорили, «за» перевод они сотрудника или нет.

Нам на выбор предлагали три страны, где есть местные офисы компании. Мы также могли выбрать любую другую страну и работать на компанию. Таких сотрудников тоже поддерживают, но в меньшей степени.  В трёх странах, где есть представительство компании, можно получить, например, медицинскую страховку, да и офис рядом.

Сложно сказать, сколько людей переехало, я думаю, что, наверное, не больше 30% на данный момент. Разговора о том, что нас уволят, если мы не переедем, не было. Всё было на добровольной основе.

Из трёх стран я выбрал Грузию. Она как-то ближе остальных и не так сильно ощущается чем-то чужим и неведомым. По ощущениям и представлениям она казалась мне не такой дорогой, как другие страны. Решил уехать на полгода, объясняя это тем, что за этот срок определюсь и дам себе ответ, хочу ли я тут оставаться жить и работать или не хочу.

Отважился на переезд, во-первых, потому, что в моём проекте клиенты выдвинули условия, что они готовы продолжать сотрудничать с компанией только в том случае, если сотрудники будут работать не из России. А мне проект очень нравился. Во-вторых, раз у меня появилась возможность отправиться за границу, чего я никогда в жизни не делал, я ей решил воспользоваться.

Дома у меня остались родители и младшая сестра. Поскольку в Саратове я с ними уже не жил, разлука не так остро ощущается, хотя расстояние, конечно, влияет. Я не стал  советоваться с семьёй нужно ли мне переезжать, просто поставил перед фактом. Их естественной реакцией стало недовольство и отрицание. Надо было подождать, пока они переварят информацию. Со временем я добился понимания. Они же хотят, чтобы я был счастлив — вот таким я вижу своё счастье. Взвешивая все «за» и «против», решаясь на переезд пусть даже на время, я подумал, что даже если итог будет негативным, это всё равно будет для меня опыт.

Перелёт оплачивала компания — я бы не смог позволить себе купить билеты. Проживание тоже берёт на себя компания. Она арендовала несколько отелей. Был выбор жить либо там, либо находить жильё, снимать его и получать надбавку за проживание к зарплате. Я живу в отеле. У меня просто гостиничный номер класса «стандарт», все удобства есть. Ещё есть общее пространство для всех сотрудников вместе с кухней.

Мой переезд выглядел следующим образом: на поезде до Москвы и там прямым рейсом в Грузию. Если говорить про пересечение границы в Москве, у меня были опасения.

Потому что существует легенда, что айтишников из России не пускают.

Думалось, что вдруг меня тоже это коснётся — много страшилок начитался и боялся. На деле спокойно пропустили, ничего не уточняли. Граница в Грузии была ещё спокойнее преодолена, меня даже про вакцину и ПЦР-тест не спросили, хотя тут действовал закон о вакцинации при её пересечении (до 15 июня 2022 года для въезда в страну было необходимо иметь ПЦР-тест или сертификат о вакцинации, — прим. авт.). В Грузии меня не встретили. Был только адрес отеля и возможность благодаря Wi-Fi аэропорта вызвать такси.

Я в стране месяц. После переезда зарплата выросла в два раза. Компания таким образом поощряет переезд — делает надбавку. Платят в государственной валюте лари. Работаю из дома, хотя первые недели пробовал из офиса. Думал, раз жизнь меняется, почему бы не попробовать. Но больше чем на две недели меня не хватило. Тратить время, чтобы приехать и уехать — лишние два часа в сутки — не хотелось, решил сэкономить.

Значимого опыта взаимодействия с местными у меня, к сожалению, ещё не было. По ощущениям люди тут свободнее что ли. Мне кажется, что они не такие грустные. Ещё очень бросается в уши их громкость. В общественных местах они довольно громко разговаривают и не стесняются других.

Из минусов в стране могу выделить, что не все здесь могут понять тебя на русском языке. Ещё есть страх, что нам тут не рады. Сам я никогда не был свидетелем русофобского инцидента или отношения, но если установить в Грузии TikTok, который локализуется с местоположением, можно наткнуться на русофобские тиктоки. Это они объясняют 2008 годом (вооружённый конфликт в Южной Осетии, — прим. авт.) и тем, что Россия сейчас якобы проявляет агрессию — они боятся такого же у себя. Но лично на себе никак этого не ощущаю.

Пока не могу точно сказать, что мне здесь нравится, и что я хочу здесь остаться. Я не воспринимаю этот переезд как постоянный.

Я слышал, что российские чиновники якобы говорят, что 70% айтишников, уехавших в марте, вернулись. Были случаи, когда люди приезжали на месяц-два в командировку, чтобы понять, нравится им или нет. Я знаю пятерых, кто уехали, но потом планируют вернуться. Но это не объективная статистика.

Вопрос будущего отечественной IT-индустрии очень сложный. Однозначно думаю, что оно есть. Запрос на программистов будет, сейчас им льготы предлагают. К сожалению, я не прохожу по льготной ипотеке, там требуется доход от 100 тысяч в месяц (для регионов с населением до миллиона человек, — прим. авт.). Как для младшего специалиста для меня это неподъёмная сумма.

Как мне кажется, у нас в компании больше жаждут релоцироваться младшие специалисты. Что касается специалистов с опытом, скорее всего у них есть семьи, дети, быт, ипотека. Они не так активно релоцируются, как молодые. За ними, наверное, тоже будущее России.

Если мне тут не понравится, то я смогу улететь. Но не знаю, за чей счёт. Также не знаю, прекратят ли поддержку тех, кто согласится совсем остаться. Если компания на это не согласится, то я вряд ли останусь.

 

Жанна (имя изменено по просьбе собеседницы), 26 лет, переехала в Индию

Индия

— Я попала в IT-сферу благодаря университету, который предлагал вакансии в разных компаниях. Их было более десяти: и государственные, и частные, и отечественные, и иностранные. Для старта я выбрала свою компанию — международную, чтобы и английский подтянуть, и опыта набраться. Не выбрала русскую, потому что они славятся плохой организацией, в иностранных все процессы более налажены. Ты занимаешься своей работой, а не писаниной, отчётами и прочим.

Платили нам в рублях, так как компания оформлена в России как ООО. Зарплата росла и между повышениями в должности (от джуниора к мидлу и т. д., — прим. авт.) раз в три-четыре месяца. Но и повышение в должности тоже сопровождалось повышением зарплаты. Могла на пять тысяч возрасти, могла на 15. Обычно руководитель всегда предлагал минимум, но можно было поговорить с ним, если такая сумма тебя не устраивает. Например, мне предлагают надбавку в 10 тысяч, а я хочу 17. Я объясняю такую цифру тем, что повышаются цены на продукты и услуги.

Если ты, допустим, хочешь, чтобы зарплата выросла сразу на 50-100 тысяч рублей, то нужно тоже доказывать, почему на столько должны поднять её. Но чтобы требовать такие деньги, нужно быть крутым сотрудником и иметь сугубо положительные отзывы, которые пишет руководство.

Я сейчас в статусе сеньор. Зарплата по сравнению с началом у меня где-то в семь раз выросла. Но помимо основного оклада нам платят за дополнительные активности, когда, например, работаешь в выходные или ночью, если проект этого требует из-за разницы в часовых поясах. Также бывают индексации, но при мне такое было два раза за три года работы.

Кризис в отрасли начался после 24 февраля. В выходные я работала, ко мне пришёл менеджер и сказал, что на всякий случай решили отправить людей в Индию в долгосрочную командировку на три месяца. Всё стало очевидно сразу в принципе, учитывая, что 70% наших заказчиков европейцы. Заказчик позднее тоже выдвинул условия, что все должны быть релоцированы к сентябрю, и с этого времени на конкретных проектах не должны работать те, кто платит налоги в РФ.

Изначально переезд предлагали только ключевым сотрудникам — сеньорам и менеджерам, но когда стало понятно, что нужно релоцировать всех, потому что дело близится к закрытию офиса, всем стали предлагать различные условия релокации. Не то чтобы классные, за них нужно было бороться. Приходили к нам с минимумом: переезд с той же зарплатой, без компенсации за жильё и налог. Конечно, от этого все отказывались. Какая выгода переезжать, если есть возможность внутри компании перейти на русский проект или на проект дружественной к РФ страны? Релоцировалось мало человек — 20-30, процесс затянулся.

Я решила уехать в командировку, потому что меня устраивала зарплата. После релокации мне будут платить в национальной валюте — рупиях. Дома у меня остались родители, бабушка и сестра.

Все были рады переезду, потому что видели в этом перспективу роста и возможность остаться за границей.

Хотя сейчас государство и поддерживает IT-сферу, но ипотеку, допустим, можно брать только в новостройках или строящихся домах (вторичное жильё брать нельзя, — прим. авт.). Все знают истории про обманутых дольщиков, да и в новостройках квартиры дороже, чем во вторичке. Очень сомнительная вещь брать такую ипотеку. Бонус с отсрочкой от армии (в марте этого года правительство утвердило правила предоставления отсрочки от службы в армии для IT-специалистов до 27 лет, — прим. авт.) мне не нужен.

Кроме того, поскольку сейчас из международных компаний сотрудники уходят из-за того, что не согласны с условиями релокации, рынок перенасыщен новыми кадрами — он превращается из рынка работника в рынок работодателя. Предлагают меньшие зарплаты, конкуренция возрастает в устройстве в российскую компанию. На этом фоне не было желания менять работу.

Касаемо переезда — перелёт и жильё мне оплачивала компания. Кроме того, помимо зарплаты она предоставляла суточные. Хватало с лихвой на жизнь. Я жила в четырёхзвёздочном отеле с очень хорошими условиями: убирали каждый день, меняли постельное бельё каждый день, мыли посуду. Причём не просто номер с туалетом, душем и кроватью снимали — это была прямо однушка. В ней были и кухня, и барная стойка, и холодильник большой.

Перед вылетом нас заранее предупредили и настоятельно посоветовали на всякий случай почистить всё с телефона, потому что их на границе якобы проверяли — особенно мессенджеры. Якобы искали в переписках сообщения по ключевым словам. Также посоветовали не конфликтовать с правоохранителями, но без конфликтов не обошлось.

Некоторых ребят, которые вылетали из Домодедово — почему-то именно там это прослеживалось — останавливали, задерживали на час–полтора.

Пытались задержать даже на столько, чтобы человек опоздал на самолёт.

К счастью, никто не опоздал. Были случаи, когда человек не удалил Telegram и до него докапывались, почему он им пользуется, почему не использует другие соцсети. В андроидах смотрели недавно удалённые приложения и спрашивали, почему человек удалил Telegram. Когда люди удаляли переписки, у них интересовались, почему так мало их. Смотрели, на какие каналы человек подписан. Почему-то именно к этому мессенджеру вопросы были. Спрашивали: куда летишь, эмигрируешь ли, куда, почему именно сейчас. У тех, кто вылетал из Внуково и Шереметьево, таких ситуаций не было.

Для въезда в страну было нужно иметь с собой ПЦР-тест. Я сдавала его за день до вылета. Мне надо было лететь через Дубай, так как прямого рейса не было, и нужно было, чтобы тест действовал везде. В Индии в принципе он не был важен, там смотрели сертификат о вакцинации — это, кстати, было одним из условий отправления в командировку.

В Индии компания организовывала трансфер до офиса. В офис надо было ходить обязательно. Какой смысл в командировке, если ты не видишься с индийскими коллегами? На работе кормили бесплатными обедами. В офис было весело ходить, там видела коллег, с которыми уже пару лет работала. Большее количество времени я тратила как раз на обучение индийских коллег, консультировала их в каких-то вопросах, технических в основном.

Касаемо медицины — у всех сотрудников есть страховка. У нас у одного парня болел зуб — его лечение покрыла компания.

Что можно сказать о правоохранительной системе: в Индии можешь не встретить ни одного сотрудника правоохранительных органов за день. Ещё у нас некоторые брали байк в аренду, в том числе и я. Причём стоило это очень дёшево — 800 рублей в день и 800 — налог, который тебе потом отдают. Я приехала на место, где их арендуют, а там владелец местный гаишник. Спросила, нужны ли мне права для аренды. Он ответил, что ничего не требуется. Тогда я поинтересовалась, что делать, если меня остановят. Он ответил, что можно дать определенную сумму денег и поехать дальше. Там все на расслабоне, в том числе и правоохранители.

Насчёт людей: хоть они и другой национальности, другого цвета кожи, вероисповедания, тем не менее они очень дружелюбные и приветливые. Ты идёшь по улице, а навстречу идёт индиец и улыбается тебе. Идёшь по улице в Саратове, видишь русского, а он грустит. Люди тут веселее, они незакомплексованные, раскрепощённые.

Индия2

Например, когда я улетала обратно, трое моих индийских коллег поинтересовались, когда конкретно я уезжаю, чтобы передать мне сладости, специи, подарки. Спрашивали, буду ли я ходить в офис в последнюю неделю или буду собираться. Когда я ответила, что ходить не буду, они сказали, что закажут доставку в отель. Это было очень мило с их стороны.

Как-то в нерабочее время встречались с индийским коллегой, который пригласил нас в паб сходить. Мы втроём хотели оплатить за него счёт, только отошли, приходим, а он заплатил за нас всех. А мы потратили будь здоров — тысяч на 20 в рублях на четверых. Было очень неудобно, на что он сказал, что мы гости в его стране, а он должен быть гостеприимным. Такого не встретишь, наверное, в России.

Касаемо планов на жизнь — пока что не планирую сюда переезд навсегда, я полечу на два года минимум, дальше посмотрю. Пока просто буду работать в компании. Говорят, в Индии рост хороший. Хочу стать менеджером: большой плюс по зарплате, смена вида деятельности. Если же мне не понравится в нашей компании, найду себе другое место — там куча международных компаний.

Мои семейные коллеги, которые переехали с жёнами и детьми, рассказали, что школы в Индии платные для иностранцев и дорогие. Есть, кстати, русские школы. Коллеги хотят отдавать детей в международные образовательные учреждения со статусом, хорошим английским — это влетает в копеечку.

С жильём в Индии всё нормально, оно недорого стоит. Можно снять квартиру в хорошем жилом комплексе с бассейном, с теннисным кортом, своими магазинами, аптеками, футбольными и баскетбольными площадками, с огороженной территорией, с охраной. Это всё обойдётся в переводе на рубли в 40-50 тысяч. И это центр города. Некоторые ребята хотели снять дом, тоже в жилом комплексе с огороженной территорией, своим огородиком, тоже где-то тысяч за 50. Но в компании есть ограничение на эту опцию — туда заселяться нужно именно с семьёй, дом одиночкам не дают.

Среди проблем, которые можно выделить в плане жилья — предлагают снимать квартиру без мебели. Там есть кухня, туалет, ванная, но ни столов, ни шкафов, ни кровати — пустая квартира, огромная и недорогая. Ты опять же платишь 40-50 тысяч рублей за 250 квадратных метров, которые тебе не нужны. Там несколько санузлов, комнат, но зачем такие хоромы без мебели?

В Индии мне нравятся люди, цены на еду, на технику, на одежду. Техника и одежда там доступнее. Я купила телефон за 110 тысяч, а в России он стоит 140 — 150 тысяч рублей.

Также там развита доставка еды. Минут за 30 доставляют, очень удобные приложения для заказа есть. Ресторанная еда дешевая, присутствует разнообразие вегетарианской кухни (высшая каста в Индии употребляет в пищу сугубо вегетарианскую еду). На любой продукции есть обозначение зелёное (вегетарианское) и красное (не вегетарианское). Даже на зубной пасте такое есть. Вегетарианская кухня очень вкусная. В бургере, например, котлета заменяется соей, кукурузной лепешкой с травами и специями — это реально вкусно и дёшево.

Ещё я думала, что там нигде не поешь говядину, но на самом деле всё зависит от штата. Я жила в штате, где можно её есть. Вообще страна экзотичная, куча фруктов и все дешевые. Манго стоит рублей 50.

Большим плюсом также является доступность курортов. Можно полететь на Гоа. Самолёт туда и обратно — 11 тысяч. Хороший пятизвёздочный отель в тусовочном месте — 4 тысяч рублей в сутки, условия прекрасные. Можно полететь в Мумбаи, там тоже очень красиво.

Что мне не понравилось в индусах — их необязательность. Можно сидеть в ресторане, заказать себе блюдо, а про тебя забудут. Такая история может повториться несколько раз. Ещё они все на расслабоне. Жизнь в жаркой стране вялотекущая, все живут в удовольствие. Там заказ в KFC можно ждать полчаса.

Но самый большой минус — это грязь и мусор.

Плюс там ещё очень много бездомных, которые нарушают личное пространство. Дети подбегают, дёргают за руки, вешаются на тебя — не очень приятно, в первое время особенно раздражало. Помимо этого, в Индии нет привычных для нас тротуаров — люди просто идут вдоль дороги и всё. Да и погулять там особо негде. Есть парки, но до них надо ехать, да и зачастую они тоже грязные.

Индия — страна контрастов. Можно идти по улице, везде будет грязь, человек будет в мешке спать, а завернёшь за угол — красивые здания, всё чисто. К этому надо привыкать. Расслоение тут чувствуется социальное: есть очень богатые и очень бедные, среднего класса как такового нет. Но в стране развито медицинское образование и IT-сфера, для студентов предусмотрены программы по обмену. Причём ребята не остаются за границей, а возвращаются и привносят знания в страну. Можно добиться карьерных высот, если ты сообразительный, талантливый и работящий.

В итоге, насколько я знаю, довольно многие наши вернулись обратно. Но это связано не с тем, что что-то в Индии не понравилось, скорее у людей есть привязанность к каким-то вещам в России: своя жизнь, дома, дачи, близкие люди. Да и в основном все уехали в командировки. По приезде ты рассматриваешь релокацию, поэтому сейчас сложно говорить, сколько в итоге останется.

Я тоже вернулась, но это чисто технически. Но вообще планируют релокацию в основном молодые люди без якорей. Хотя компания предоставляет возможность релоцироваться с семьёй, даже с парнем. Оплачивают билеты туда и обратно — обо всех условиях можно договориться.

Говоря о будущем IT-индустрии в России, мне кажется, что сейчас его нет и в ближайшие лет 10 не будет, поскольку мы изолированы от партнёров из других стран. Экономика стремилась к глобализации, была тенденция к сотрудничеству с иностранными компаниями. Иностранные инвестиции играли большую роль в развитии этой области. Мне кажется, что наше правительство мало вкладывается в развитие отрасли. Сейчас сделали, конечно, льготы, но это сложно назвать поддержкой, так как она далеко не для всех.

 

Никита, 23 года, переехал в Турцию

Турция

— В IT-сфере я три года. На втором курсе обучения в СГТУ пытался найти работу, между вторым и третьим курсами нашёл её. До того момента, как я переехал в Турцию, мне платили в рублях, никогда не было привязки к курсу. На первой работе я получал 20 тысяч рублей, сейчас получаю более чем в 10 раз больше.

Мне кажется, что сейчас в IT-сфере как такового кризиса пока ещё нет, но думаю, что попозже он начнётся. Когда я уезжал, было много предложений по работе. Если говорить о времени после начала спецоперации, через два-три дня прошли сообщения, что возможно есть вариант быстро релоцироваться. Сначала компании перевозили граждан Украины, потом жителей России и Беларуси. Когда начали об этом говорить, несколько месяцев ощущалась нестабильность. Никто не знал, увезут или нет, предложат уехать или нет.

У нас в начале увозили ключевых сотрудников. Я в то время работал на отечественном проекте — на них были где-то 10 тысяч россиян. Я работал на российский банк, и когда всё произошло, мне предложили сотрудничать напрямую — такие предложения поступали всем, кто работал на отечественных проектах. То есть был выбор либо остаться работать на фирму напрямую, либо уехать в другую страну и работать оттуда на компанию. Часть людей решила остаться.

Когда ужесточились санкции, оказалось, что работающим на иностранных проектах нужно уезжать, остальным предложили поехать в командировку на месяц в другую страну на всякий случай. Ещё до того как эти условия поставили, я то ли уже уехал, то ли собирался уехать в Турцию.

Релоцировались, мне кажется, очень много людей, несколько тысяч точно.

Я даже пока квартиру искал, мне риелторы говорили, что знают о наших. Кто был на иностранных проектах, думаю, процентов 90 уехали. Скорее всего те, кто выбирал их, как раз и рассчитывали, что рано или поздно переедут. У нас на проекте было восемь человек, трое решили переехать. По последним сведениям все должны релоцироваться до 30 июля.

На выбор предлагали много стран. Вообще можно в любую страну уехать, хоть в Америку, хоть в европейские страны. Но поначалу это были: Грузия, Армения, Турция, Черногория, Сербия, Казахстан, Туркменистан.

Я на разведку поехал в Турцию, потому что до этого там никогда не был. Сначала рассматривал Черногорию, но оказалось, что по сути это больше деревенского типа страна с очень маленькими городами. Мне кажется, что там было бы не очень комфортно. Хотелось, чтобы страна была ближе к европейской.

Сейчас я снова в Турции, живу тут месяц. С компанией договорился, что буду тут год, жильё снял на полгода. Сколько буду в стране пока не знаю, может понравится и совсем останусь. Скоро должна приехать жена. Мы с ней встречались пять лет и хотели пожениться в августе, но срочно сыграли свадьбу в мае, чтобы переехать женатыми. Мы вместе принимали решение, стоит ли нам уехать или остаться, и решили уехать. Дома у меня остались родственники. Они все отнеслись очень хорошо к переезду и были только рады.

На переезд фирма выделила деньги, даже на оформление вида на жительство. Компания даёт премию, которая покрывает с лихвой всё. У нас каждый выбирал, что хочет снимать. Но в Турции, когда переезжаешь на новую квартиру, хотят оплату за полгода или год — для этих целей фирма выдаёт беспроцентный кредит.

Когда прилетали с женой в марте, никаких проблем не возникло, хотя люди говорили всякое. Во второй раз когда ехал, увидел баннер в аэропорту с надписью «Я программист и я остаюсь». Меня тогда на границе спрашивали, чем я занимаюсь, куда еду. Я сказал, что программист, и меня увели на дополнительную проверку, но там базовые вопросы задали. Сказал, что уезжаю на месяц и потом вернусь. Возможно, поэтому мне не стали ещё дополнительные вопросы задавать.

В Турции вообще очень быстро выпускают и впускают. Я переезжал с собакой и оформлял кучу документов, чтобы её везти, так что из-за Тони (мопса) релокация усложнилась. Так как он брахицефал (порода собак с приплюснутой, укороченной мордой, — прим. авт.), ему нельзя летать в багажном отделении. Под сиденьем он тоже находиться не мог, потому что весил больше допустимой нормы в восемь килограммов. Пришлось искать авиакомпанию, которая позволяет выкупать место для собаки. Такая компания оказалась в Беларуси, поэтому через эту страну мы и летели: сначала из Саратова в Москву на поезде, потом самолётом до Минска, затем до Стамбула и там до города, в котором сейчас живём. Билеты для Тони я покупал за свой счёт, документы — их была целая куча — тоже оформлял за свои деньги.

Турция2

По приезде с нами произошла первая и пока что единственная неприятная история с турками. Мы прилетели в Стамбул, сели на автобус. Добирались чуть ли не двое суток, я поторопился и не подумал, что Тони будет жарко из-за перелётов в переноске. Из-за жары он стал громко дышать, и с нами начал ругаться водитель. Говорил, что Тони мешает всем спать (тогда была ночь), и что я должен убрать его в багажник. Я ответил, что если бы мог это сделать, то полетел бы на самолёте. Мы долго ругались: он, не зная ни слова по-английски, я — по-турецки. У нас была жестовая перепалка, но кто-то помогал с переводом. В итоге он сказал, что дальше не поедет, если я не уберу Тони. Я же попросил высадить нас, и он это сделал — мы оказались где-то на трассе.

Там рядом была кафешка. Мы пошли туда, нас окружили люди. Какой-то мужчина сказал, что он ветеринар, долго осматривал Тони, а потом сказал, что с ним всё хорошо. Я и сам знал, что всё хорошо. Оказалось, что из этого места нельзя даже вызвать такси. Какой-то другой водитель бесплатно довёз нас. Всё происходило часа в три ночи, у меня даже не было интернета, так как я не успел купить турецкую симку.

В Турции мне платят в долларах, так как местная валюта нестабильна. Выросла зарплата где-то в 2,5 раза, но это смотря по какому курсу смотреть. Когда повышали, он был по 80 рублей.

Какие-то особенности в сфере здравоохранения я выделить не могу, у меня есть страховка, но я ей пока что не пользовался. Читал отзывы коллег, они писали, что и зубы в том числе лечат. У супруги тоже будет страховка.

Что касается людей — они здесь более расслабленные.

Недавно я ходил с риелтором кучу бумаг оформлять. Он мне говорил, что мы должны поторопиться, но при этом шёл медленно, как будто на прогулке. Я даже на прогулке быстрее хожу. И так во всём.

Люди в Турции очень добрые. Они любят спрашивать, откуда приехал, где работаешь. Когда я говорю, что из России, никто ничего плохого не говорит. Обычно улыбаются и говорят, что любят Россию. Мужчины пару раз даже обнимали меня.

Когда в обед выходишь на улицу, там все сидят в кафе, пьют чай, кофе, отдыхают. У всех действительно обед, никто не работает. Несколько раз замечал, что в обеденное время люди выходят на улицу со своими кружками из дома, стоят и пьют, а потом забывают их.

Из минусов могу выделить очень дорогой алкоголь, самая дешёвая бутылка пива стоит в переводе 100-130 рублей. И мусор. Тут каждое утро моют тротуары, но турки всё равно очень много мусорят, могут бычок на улице кинуть. К вечеру становится грязно. Это ещё от района зависит. Сейчас я живу в густонаселённом районе. А в другом, куда перееду, должно быть чисто.

Чиновники говорят, что многие айтишники якобы вернулись. Лично не знаю тех, кто уехал и хотел потом вернуться. Я не только с программистами общаюсь, просто с теми, кто переехал — никто не собирается обратно.

Думаю, что в будущем у IT-индустрии будет меньше проблем по сравнению с другими сферами. Вопрос в том, сколько проблем будет у всего остального. Вообще, как мне кажется, ожидается замкнутость системы самой в себе. Нельзя будет работать с иностранными проектами — по сути, на них всегда строились высокие зарплаты программистов. В России очень много разработчиков в принципе. Из-за этого работы может не хватать, зарплата может начать сильно отличаться от европейской.