В ближайшие дни в волгоградском Камышине должно быть вынесено решение по резонансному делу в отношении вице-губернатора Саратовской области Михаила Исаева. Этого высокопоставленного деятеля обвинили в отказе от прохождения медицинского освидетельствования на алкогольное опьянение после учинённого им ночного ДТП. А судят в соседнем регионе, поскольку саратовские суды сочли, что чиновник слишком высокопоставлен и может повлиять на объективность процесса.
Напомним, в ночь с 30 на 31 марта 2026 года Исаев на своём Chery Tiggo ехал по Саратову и врезался в Ford Focus. К счастью, автомобиль, об который затормозил вице-губернатор, был пуст. И, опять же к счастью, на пути Михаилу Исаеву не попались иные «препятствия» — случайные прохожие. Можно сказать, торможение чиновника обошлось малой кровью.
Впрочем, как оказалось, крови на месте ДТП не было вовсе. Прибывшие на вызов сотрудники городской ДПС обнаружили за рулём иномарки целого и невредимого вице-губернатора. Правда, по словам инспектора Владимира Фокина, Исаев передвигался тяжело, походка чиновника была шаткая, кожные покровы — красные, а из полости рта пахло алкоголем.
Всё это сотрудник полиции рассказал в ходе судебного заседания под протокол. На основании этих признаков, Фокин составил протокол об отстранении Михаила Исаева от управления транспортным средством. И тот с этим протоколом согласился.
Если покрасневшие кожные покровы ещё можно объяснить обычным состоянием вице-губернатора, а шаткую походку — последствиями шока после ДТП, то алкогольный душок Исаева едва ли поддаётся двоякому толкованию. Показалось ли сотруднику полиции (может быть, у вице-губернатора были жвачки с запахом спирта из магазина приколов?) или же с каждым выдохом чиновника в воздух действительно вылетали запретные промилле — можно было бы определить очень просто. Михаилу Исаеву просто нужно было дунуть в трубку алкотестера. Но он дуть не стал, а сбежал.
Собственно, по этой причине уже на протяжении полугода идут разбирательства — сначала рекордное двухмесячное расследование в отношении вице-губернатора саратовскими полицейскими. Затем — «футбол» материалов из суда в суд, вплоть до Верховного суда РФ. И, наконец, затянувшееся рассмотрение на судебном участке № 18 Камышинского судебного района Волгоградской области под председательством Ирины Кухаревой.
По итогу двух прошедших в соседнем регионе заседаний можно сделать вывод, что линия защиты Михаила Исаева будет строиться на якобы полученных им серьёзных повреждениях головы. В суде уже заявлено о том, что чиновнику стало плохо в патрульной машине прямо перед прохождением теста. Тогда он вышел на свежий воздух, где его тут же подхватили врачи, которые увезли Исаева почему-то в областную больницу (туда обычно доставляют, если человека после ДТП нужно собирать по кусочкам).
По факту же, в ходе заседания участникам процесса и журналистам демонстрировали видео с камеры, установленной в машине ДПС, куда пригласили Михаила Исаева для прохождения освидетельствования. Адвокат Исаева — Александр Аксёнов — активно препятствовал тому, чтобы представители СМИ переснимали эту запись для читателей. Под запрет попали даже снимки с вице-губернатором в патрульном авто.
И не удивительно. Ведь на записи, которая была изучена при судье Кухаревой, видно, что Михаил Исаев едва ли страдает от каких-либо болей, о которых позже заявит в личных пояснениях. Скорее он выглядит отрешённым. Изредка поглядывает в телефон. Берёт с приборной панели чью-то баночку с неким напитком, крутит в руках, изучая, затем кладёт на место. Разговаривает заторможено и двигается так же.
Интересно, что первое время чиновники умалчивали о произошедшем ДТП, делая вид, что ночных приключений у вице-губернатора не было вовсе. Однако после того как история попала в СМИ, подчинённый Исаева — министр информации и массовых коммуникаций Саратовской области Александр Колоколов — прервал молчание. Он привёл слова вице-губернатора по поводу ДТП:
«На фоне публикаций в средствах массовой информации хотел бы прояснить ситуацию. Действительно, возвращаясь домой, попал в ДТП — виноват сам, не справился с управлением. Все положенные законом процедуры медицинского освидетельствования прошёл. Ничего серьёзного, в реанимацию не попадал и сразу полноценно вышел на работу. График плотный, много рабочих встреч и совещаний».
Теперь же Исаев даёт в суде иные пояснения. Он заявляет, что настолько ужасно себя чувствовал, что не мог сидеть в автомобиле ДПС и нуждался в срочной медицинской помощи. Заявляет, что врачи незамедлительно стали ему эту помощь оказывать, из-за чего он не сумел пройти тест на алкоголь, и сдал анализы уже позже в областной больнице (главврач — ранее работавшая под председательством Михаила Исаева в облдуме Елена Стифорова). Стоит ли говорить, что этот анализ показал абсолютную трезвость чиновника?
Здесь же вице-губернатору поставили диагноз, которым он объяснил своё бегство от полицейской трубочки — закрытая черепно-мозговая травма и сотрясение головного мозга. И вот тут уже начинаются странности. Ведь сам Исаев уже на следующий день после ДТП уверял, что никаких серьёзных повреждений не получил. Более того, он участвовал в заседаниях, встречах, подписывал официальные документы…
Тут в пору трудовой инспекции присмотреться к тому, что творится в коридорах областного правительства. По данным медиков, главная опасность закрытой черепно-мозговой травмы заключается в том, что в первые часы и даже сутки картина может быть обманчивой. Даже лёгкое сотрясение на деле может обернуться внутричерепным кровоизлиянием.
Первые дни после травмы пациентам показан строгий постельный режим. И врачи областной больницы никак не могли об этом не знать, отпуская высокопоставленного чиновника на работу с диагнозом ЗЧМТ и СГМ. Не могли об этом не знать и в правительстве, где Исаев, по заверениям министра Колоколова, сразу же после ДТП приступил к активной работе.
Тут одно из двух — может быть чиновники врали об удивительной работоспособности вице-губернатора? Но в этом, кажется, нет абсолютно никакого смысла. Ведь он же сам заявил, что все анализы сдал, тесты прошёл, зачем скрывать сотрясение мозга?
Второй вариант — страшный диагноз мог появиться уже позже, чтобы как-то объяснить странное поведение Исаева в патрульной машине и его бегство от полиции в карете «скорой помощи». Тогда алкогольный запах, который почувствовал инспектор из полости рта Исаева в ночь злополучного ДТП, вполне встраивается в общую картину произошедшего.
Хотелось бы, чтобы объективную и всестороннюю оценку этому резонансному происшествию дали в камышинском суде. Однако передача материалов в Волгоградскую область выглядит весьма странно, учитывая ранее звучавшие доводы представителей саратовской судебной системы. Так вышло, что Михаил Исаев оказался весьма влиятельным человеком не только в родном регионе, но и в соседнем.
Так, в 2014 году Исаев являлся руководителем Южного межрегионального координационного совета «Единой России», исполняющим полномочия главы волгоградского реготделения партии. И занимался он проведением праймериз на территории Волгоградской области.
То есть, он участвовал в формировании корпуса местного заксобрания (большинство на выборах взяли прошедшие через руки Исаева члены ЕР). Того заксобрания, которое в дальнейшем должно было утверждать кандидатуры на должности мировых судей. В том числе и в Камышине.
Кстати, с того же 2014 года Волгоградскую область возглавляет ещё один видный единоросс — Андрей Бочаров. А с главой Волгограда, который на днях стал депутатом Государственной думы — Владимиром Марченко — Михаил Исаев активно обменивался опытом чуть больше года назад, прибыв в соседний регион и прогуливаясь с представителями местной власти по улицам.
«Приятно посмотреть, как город развивается и обустраивается. Он удобен и для местных жителей, и для гостей. Город красивый, ухоженный, благоустроенный, приятно в нем находиться. Мы — делегация из Саратова — благодарим волгоградцев за гостеприимство. Видно, что город усиленно готовился к празднованию 80-летия Великой Победы», — приводило слова Исаева ИА Волгограда «Городские Вести» в мае 2025 года.
Остаётся надеяться, что всё это не повлияет на судебное решение, которое жители Саратовской области ожидают уже шесть месяцев. Следующее заседание по делу должно состояться в Камышине 29 сентября.
Мы продолжим следить за развитием событий.