«Некоторые из кандидатов не могут даже грамотно заполнить анкету»: бывший кадровик регионального министерства рассказала о том, как становятся чиновниками

«Некоторые из кандидатов не могут даже грамотно заполнить анкету»: бывший кадровик регионального министерства рассказала о том, как становятся чиновниками
Людмила Новинская / © ИА «Версия-Саратов»

В редакцию ИА «Версия-Саратов» обратилась бывшая сотрудница министерства социального развития области Людмила Новинская. Прочитав нашу публикацию «Тайны саратовской социальной сферы», в которой сообщается о возможных нарушениях в «Областном реабилитационном центре для детей и подростков с инвалидностью» (ОРЦ), экс-чиновница решила рассказать о том, что происходило в стенах министерства в то время, когда она там работала.

Людмила Николаевна трудилась референтом отдела кадров министерства соцразвития региона. Проработав более 21 года, 6 мая 2019 года она ушла в отставку.

 

Как стать чиновником

— В феврале 2019 года министром соцразвития была назначена Ирина Борисовна Бузилова, ранее она была директором ОРЦ. С момента ее назначения в министерстве все изменилось. На мой взгляд, не в лучшую сторону.

Министерство — это орган исполнительной власти, здесь работают госслужащие. 27 июля 2004 года был издан закон 79-ФЗ «О государственной гражданской службе в РФ». Он определяет основные обязанности госслужащего, процесс вступления, прохождения и прекращения госслужбы, а также определяет статус государственного гражданского служащего. Это своего рода Конституция для государственных гражданских служащих.

В целях обеспечения конституционного права граждан на равный доступ к государственной гражданской службе указом президента РФ было утверждено положение о конкурсе на замещение вакантной должности государственной гражданской службы, которым определяется порядок проведения конкурса. Конкурс заключается в оценке профессионального уровня претендентов на замещение должности, в соответствии с требованиями, установленными президентом.

Конкурсы на замещение вакантной должности в министерстве проводятся часто. Это можно отследить на сайте. Там публикуют требования к претендентам, объявляют конкурс. Но, к сожалению, некоторые конкурсы — лишь формальность. Их проводят только для того, чтобы назначить на должность одного из претендентов министра. Без конкурса назначение невозможно.

По моему мнению, иногда это сопровождается нарушением порядка подачи документов или документы на момент проведения конкурса предоставляются не в полном объеме, или с нарушением установленных законодательством сроков.

Иногда претенденты могут появиться только в день прохождения конкурса. У некоторых на руках были заранее заготовленные тесты с правильными ответами и готовые рефераты — это происходило в присутствии меня. Иногда в экстренном порядке под протеже министра меняются даже квалификационные требования. Я знаю как минимум о двух таких случаях.

Некоторые из кандидатов, которые приходят от министра, не могут даже грамотно заполнить анкету и написать заявление об участии в конкурсе. Приходится диктовать по слогам. О каком профессиональном уровне кандидата здесь можно говорить? Но впоследствии именно эти люди назначаются на должности.

То есть пришел человек на конкурс более грамотный, более подкованный. Заходит, блещет знаниями в области социальной сферы. Но его просто включат в кадровый резерв, в котором он пробудет три года. А через три года его по закону исключают из кадрового резерва. Все это делается для проформы, с целью назначения одного единственного человека.

Начальник отдела кадров прибегает с квадратными глазами и говорит: «Девочки, встречайте, сейчас придет претендент министра». И мы должны улыбаться, и не дай бог обидеть. Но у меня характер такой, что я неоднократно высказывала по этому поводу свое недовольство, говорила: «Может, сначала грамматике обучиться, прежде чем заявление писать на конкурс». Видимо, это все передавалось министру.

Люди впервые приходили в день проведения конкурса. Это можно проверить: вызвать этих людей, дать им те же самые тесты, и они их, скорее всего, не выполнят. Или спросить: «Какие вопросы вам задавали на комиссии». Вряд ли ответят. Потому что вопросы и ответы писала девочка, которая сидела со мной.

 

Про отдых и «подснежники»

— В законодательстве говорится об одной из основных гарантий госслужащих — это отдых, обеспечивающий установление нормальной продолжительности служебного времени. По факту служебный день в министерстве длится с 9 утра до 22, порой до 24 часов. Госслужащего могут не отпустить в отпуск по графику.

В основном в коллективе работают женщины, у всех дети. Надо как-то воспитывать подрастающее поколение — а когда это делать? Если кто-то возмущается, у министра на это своя точка зрения: «Пожалуйста, пишите заявление (на увольнение — прим. авт.), здесь никто никого не держит».

Встать и уйти домой в 18:00 могли только ведущие специалисты. Это самая младшая группа специалистов. А начиная с консультантов, замначальников отделов, начальников отделов, референтов — эти работают, как папа Карло.

В ноябре на съезде партии «Единая Россия» Путин сказал, что статус правящей партии не в том, чтобы править, а в том, чтобы служить народу. Считаю, что являясь членом «ЕР», Бузилова не служит народу, а правит. А все остальные ей служат, причем безропотно, боясь потерять должность.

За период своего правления Бузилова уволила немало хороших специалистов, которые многие годы вносили вклад в развитие соцсферы области. Примером тому стала история увольнения начальника отдела эксплуатации зданий, капитального и текущего ремонта Зятенко Нины Герасимовны. Зятенко еще работала, когда конкурс на ее должность объявлялся как на вакантную. Конкурс был объявлен 7 июня 2019 года, а Зятенко написала заявление 17-го — через 10 дней. Специалист не собирался увольняться. Объявили конкурс, чтобы побыстрее человека назначить. Ее вынудили.

Следует учесть, что Зятенко более 20 лет прослужила на благо соцсферы области, под ее руководством за эти годы было построено и введено в эксплуатацию множество объектов. Зятенко не так давно похоронила единственную дочь. И чтобы не сойти с ума она погрузилась в работу. Ее и этого лишили.

Слава богу, Зятенко взяли на работу в другой государственный орган. Недавно мне источник сказал, что Бузилова якобы вступила в борьбу с другим специалистом — начальником отдела отдыха и оздоровления детей.

В министерстве были «подснежники» (люди, официально трудоустроенные в одном месте, а работающие в другом, — прим. авт.). Человек достигает пенсионного возраста — 65 лет. Но он может еще какую-то пользу приносить. Его оставляют в качестве маленького специалиста, а проводят в подведомственных учреждениях министерства. Тут уже, думаю, нарушается бюджетная политика. Фонд оплаты труда «подснежников» мог бы пойти на премии и стимулирующие выплаты тем людям, которые работают в бюджетных учреждениях.

А еще есть такой персонаж — Тимофеева Екатерина Ивановна. Общественный советник министра. Что такое — общественный советник? Это человек, который работает на общественных началах. Она числится общественным советником, имеет свой кабинет, за ней закреплена машина, оргтехника. Ей уже лет 75-76. Более 10 лет она работает по гражданско-правовому договору. Каждый квартал ей выплачивают гонорар в виде цены договора — 120-140 тысяч рублей. И каждый квартал она пишет акт о приеме-сдаче проделанной работы. И вот высасывают из пальца, что можно ей написать, что она такого сделала. А что можно сделать, если положением о министерстве соцразвития все функции выполняют штатные специалисты, которые числятся и работают в министерстве?

Когда я работала, я видела эти акты. Специалистам давали задание подписывать эти акты, вот они и думали, что написать. Задание давала Ирина Борисовна. Прокуратура посмотрит. По Тимофеевой прокуратура неоднократно писала представления, а она до сих пор работает. Это уже не гражданско-правовые отношения, а давно уже трудовые отношения.

Сейчас я пишу кругом, все готова подтвердить на детекторе лжи. В министерстве теперь прокуратура работает, как мне рассказали. Я писала письмо в прокуратуру. Мне звонили, спрашивали о «подснежниках», я называла фамилии.

У меня спрашивают: а что ты молчала? А как я могла что-то рассказать, когда мне до пенсии оставалось всего ничего?

Я обращалась к губернатору, к Панкову (депутат госдумы — прим. авт.), в прокуратуру. Но единственное чего я добилась, то, что начали третировать мою дочь, которая прослужила в министерстве более 20 лет, имеет почетные грамоты, никогда не имела никаких дисциплинарных взысканий.

Сейчас ей в открытую министр предлагает написать заявление об увольнении. Ей говорит начальник отдела: «Ирина Борисовна сказала, что ты тут работать не будешь». А ей 46 лет, она всю молодость отдала минсоцу. И где она сейчас найдет работу? Она одна воспитывает больную дочь.

Я чувствую, что в Саратове я правды не найду. Я собираюсь ехать в администрацию президента и отправить открытое обращение Путину.