Презумпция виновности: как из-за страницы «ВКонтакте» можно остаться без денег в другом городе в кабинете следователя полиции

9 июля 2018, 12:13
Презумпция виновности: как из-за страницы «ВКонтакте» можно остаться без денег в другом городе в кабинете следователя полиции
Иллюстрация Алёны Трухниной / © ИА "Версия-Саратов"

20 июня 25-летняя жительница Саратова Жанна Пряхина как обычно вышла из дома по делам. Прямо на глазах у прохожих ее окружили мужчины в штатском, из-под одежды которых виднелось огнестрельное оружие. Так девушка в одночасье стала потенциальной преступницей.

Эту историю нам рассказал отец Жанны — Владимир. Вот уже несколько недель он мечется между Воронежем и Саратовом, тратит деньги, мало спит и даже разбил в одной из поездок автомобиль — наложились стресс и усталость.

— Я был на работе, когда раздался тревожный звонок телефона. На том конце — испуганный голос дочери: «Папа, меня тут арестовывают прямо на улице милиционеры. Тычут в лицо „корками“ и говорят, что прямо сейчас надо срочно проехать с ними в Воронеж. Они сказали, что подозревают меня в чем-то». Хорошо, что на месте оказались не только «злые» полицейские, но и один «добрый». «Добрый» пояснил, что вроде как в Воронеж ее повезут «пока свидетелем».

«Злые» не разрешали звонить, «добрый» согласился — «ладно, пусть позвонит уж кому-нибудь».

Я в тот момент находился вообще на другом конце города. Говорю ей: «Стой на месте, никуда не соглашайся ехать. Позвони своему молодому человеку, может он ближе находится. Пусть тоже едет выручать». Первая мысль в голове — может мошенники. В любом случае надо лететь разбираться. Ведь у нас, что полицейские, что… Могло быть что угодно.

У молодого человека Жанны по счастливому совпадению был знакомый адвокат. Опять же по счастливому совпадению его квартира оказалась недалеко. И снова по счастливому совпадению он оказался дома. Я это так говорю, потому что если бы этих совпадений не было, то мою дочь уволокли бы в Воронеж, и мы ничего бы не смогли сделать. Представляете, какой бы тогда у нее был стресс!

Полицейские на месте заявили адвокату, что подозревают Жанну в том, что в 2013 году она обманывала людей в городе Воронеже. И якобы все-все основания у них есть, в том числе свидетельские показания людей, которые ее опознали. И сейчас надо срочно ехать к ним, чтобы она дала объяснения по этому делу.

Жанна в шоке, не знает что делать. Адвокат говорит: «Ты не переживай, это какое-то недоразумение». В итоге полицейские сообщили, что Жанне даются сутки, чтобы она добралась на своем транспорте в город Воронеж, пришла по такому-то адресу на встречу со следователем.

Мы, естественно, наняли адвоката. Его позиция такая — мы же невиновные, надо ехать. Тем более хоть подробности узнать какие-то по этому делу. Полицейские-то никакие подробности не говорят. Понятно, что каждое движение адвоката стоит определенных денег. Утром они с Жанной садятся в машину и едут в город-герой Воронеж.

 

1

Жанна Пряхина. По словам потерпевших, у нее — «черные глаза» / фото из личного архива

 

Там их «мурыжат» до 16 часов дня, гоняют по кабинетам, а потом сообщают, что женщина восточной внешности примерно тридцати лет на момент 2013 года «кинула» несколько квартиросъемщиков — то есть пересдала людям чужую квартиру. Адвокату и Жанне предоставляют ксерокопию паспорта этой женщины.

Хочу отметить, что в 2013 году Жанне было 20 лет. На фото в этой ксерокопии — а я ее видел — человек, который на Жанну не похож в принципе. Как выяснилось, в руках полицейских был и сам паспорт. Они провели экспертизу, выяснили, что он поддельный. А потом якобы его потеряли! В итоге осталась только эта ксерокопия. Плюс еще у полицейских есть расписка злоумышленницы о получении денег — то есть можно сверить почерк.

Ущерб, который нанесла гражданка «восточной внешности» пострадавшим — 18, 20 и 20 — всего 58 тысяч рублей. 

Вывалив всю эту информацию на Жанну, следователь говорит: «Сейчас будет проведена очная ставка». Заводят одну из потерпевших. Спрашивают: «Узнаете ли вы присутствующих тут людей?» Хочу отметить, что в кабинет до этого привели совсем молоденькую девушку, лет 18 — не больше, в качестве первого статиста. А вторым статистом выступила крупная гром-женщина. Мощная, практически незабываемая. Тут заходит одна из потерпевших и говорит: «Я ее опознаю, это она. Я ее сразу, молниеносно узнала». И показывает на Жанну. Мой ребенок, естественно, в шоке.

Пять лет назад потерпевшая общалась с мошенницей десять минут (она сама так сказала). И она бесовку тут же узнает!

Адвокат начинает задавать потерпевшей наводящие вопросы: как выглядит продавец в магазине, в котором она была в последний раз, как выглядит охранник на входе — все в таком роде. Она говорит: «Отстаньте от меня, я ничего не помню, у меня слишком много информации в голове». Но вот злоумышленницу «восточной внешности тридцати лет» она в моей Жанне узнает моментально.

«По каким признакам вы ее опознаете?» — спрашивает следователь. «Черные волосы, черные глаза». «А одежду ее в тот день описать можете?». «Черная юбка и черная кофта».

Заходит муж потерпевшей. «Я женатый человек, — говорит. — Поэтому на негодяйку особо глаз не поднимал во время встречи, но тем не менее я ее узнаю». И опять показывает на Жанну. У той разве что не истерика. «А во что она была одета в тот день, помните?». «Конечно, помню, — отвечает. — В тот день она была в воздушном белом сарафане».

 

2

По словам родственников Жанны, эти фото сделаны во дворе частного дома в Саратове в тот день, когда девушка якобы «совершала преступление» в Воронеже / фото из личного архива

 

Адвокат в сторону Жанну отводит и прямым текстом говорит: «Очень похоже на подставу». На вопрос, зачем все это нужно, адвокат ответил: «Галочки». Следователь сообщила, что на следующий день запланировано еще одно опознание. Приедет молодой человек, которого тоже обманула гражданка «восточной внешности». Она предложила найти доказательства того, что Жанна в тот период не была в Воронеже. Другими словами алиби обеспечить. «А лучше, — говорит. — Если вы свидетелей с собой привезете. Ладно, до завтра. В 12 будьте здесь». От Саратова до Воронежа так-то около 550 километров.

Легко ли вспомнить, чем занимался пять лет назад? Но мы нашли информацию. В том году Жанна работала в саратовском автосалоне Citroen барменом в точке общепита. Я начинаю срочно звонить и выяснять. Один из работодателей давно уехал за границу. Его нет, и не будет никогда. Второй, слава богу, здесь, и он готов подтвердить, что тогда она была на работе, но в Воронеж ехать отказывается. Мы находим торгового агента, который прямо в тот день привозил Жанне продукцию. Он все вспомнил, потому что в тот момент дорабатывал последние дни и ожидал перехода на новую работу. Парень соглашается все подтвердить, но говорит, что времени у него ехать в Воронеж нет.

Девушка, которая работала с Жанной в одной смене, тоже может все подтвердить, но ей надо срочно ехать в Балаково к молодому человеку. Ну кто вот так вдруг сорвется и поедет за 550 километров в соседний город?

На следующий день адвокат говорит, что не может ехать за рулем чисто физически. Он вторые сутки не спал из-за всего этого. Садимся в мою машину, и я везу их туда. На втором опознании женщина-следователь говорит: «Жанна, я чувствую какой-то подвох. Давай с тобой поменяемся местами».

Жанна садится на стул следователя, а та — на место Жанны. В кабинет заходит мужик. Очень театральный надо сказать мужик. Он даже говорил высокопарно, с паузами: «Я понимаю, что за пять лет женщина может поменять внешность, но у меня особая черта — если я женщину хоть раз видел, я ее сразу узнаю. Среди присутствующих есть человек, с которым я разговаривал пять лет назад. Я ей дал деньги. И я запомнил этого человека. И я готов сказать, кто этот человек. Это она!». И он показывает пальцем на следователя!

Адвокат аж рассмеялся. «Осталось только посадить саму себя», — отшутилась следователь. Причем следователь внешне вообще не похожа на мою дочь. Она просто сидела на кресле, на котором должна была сидеть Жанна.

Следователь так прямо и спросила потерпевшего: «Может вам опера сказали показать на человека, сидящего в этом кресле?»

А начальник оперов зашел и прямо сказал, дескать сознайтесь да и все. Подумаешь, дадут «условно», ничего страшного. Адвокат ему говорит: «Неси дела прямо все сразу. Все подпишем, конечно. Чего бы не подписать, раз «условно». Мы же рассчитывали на расстрел, а тут «условно». Шутил, естественно. Хотя, если честно, юмор тут так себе.

Следователь нам предложила пройти детектор лжи. Жанна, конечно, согласилась. Зато все потерпевшие отказались. А там очередь на этот «детектор» почти два месяца! И пройти его надо именно в Воронеже.

Адвокат с начальником оперов вышел и спрашивает его: «Как же вы вышли-то на Жанну Пряхину?» Они разговорились по этой теме. И вот мы узнаем, что у оперов на руках был поддельный паспорт гражданки, которая крутила там что-то с квартирами. Пять лет прошло, дело не раскрыто, статистика страдает. Взяли имя-отчество злодейки и вбили в поиск «ВКонтакте». То есть даже без фамилии. Там, естественно, появились все девушки-женщины со схожими именами. Якобы выбрали по возрасту примерно похожую, хоть и ошиблись на 10 лет, в городе поближе. Вот и все. Расследование проведено. Адвокат еще злорадствовал, дескать, хорошо, что Саратов, а не Сахалин.

Никакой геолокации не запрашивали, хоть у Жанны сейчас та же сим-карта, что и была пять лет назад. Айпи-адрес с которого было размещено объявление тоже неизвестен. Отпечатков пальцев нет. Поиск «ВКонтакте» и вперед! Ведь сколько перспектив открывается, сколько можно преступлений раскрыть!

Пять лет назад Жанна была с волосами совершенно другого цвета. Кроме того именно в это время она получила травму — неаккуратно дверь открыла. У нее шрам был на лице рядом с губой. Такие вещи моментально в глаза бросаются. Ни один потерпевший о шраме не сказал. И вообще мы нашли фото, сделанное Жанной в Саратове прямо в день, когда в Воронеже было совершено преступление.

 

3

«На обратном пути из Воронежа из-за стресса и банальной человеческой усталости я еще и машину свою изуродовал…» / фото из личного архива

 

Полицейские все не успокаиваются. Говорят: «Надо ехать в третий раз». У нас чуть ли не миллион свидетелей, что мы были в Саратове. Просто железобетонно были здесь. Но мы почему-то должны ехать, должны искать, должны доказывать очевидные вещи.

Где презумпция невиновности? Почему мы за оперов выполняем их работу? Почему мы тратим свои деньги? Представьте, на ровном месте это все произошло. Просто из-за того, что у вас есть страница в «ВК». Идешь по улице и через пять минут тебе надо искать адвоката, искать деньги, нестись в другой город, не спать, думать, переживать, отпрашиваться с работы, разговаривать с полицией, проходить детектор лжи, уговаривать людей ехать за 500 километров…

На обратном пути из Воронежа из-за стресса и банальной человеческой усталости я еще и машину свою изуродовал — въехал в отбойник на трассе. За это время мы потратили уже около 50 тысяч рублей! Это пока. Еще ничего не закончено.

Мы живем в обществе, где ты вообще ни от чего не защищен. Сегодня гуляешь по улице, завтра уже в отделе. Злая ирония еще и в том, что первый раз в Воронеж Жанна попала, когда ее туда притащили опера. Ну, хоть страну посмотрела.