Просят кирпича: как люди в погонах участвуют в дележе саратовского предприятия

Просят кирпича: как люди в погонах участвуют в дележе саратовского предприятия
В помещениях кирпичного завода / © ИА «Версия-Саратов»

2008 год. На территорию саратовского кирпичного завода пробивается группа в составе судебных приставов и бизнесменов. С полицейским сопровождением и депутатом областной думы в придачу. Оборону держит представитель предприятия — Алексей Пугачев — с адвокатами и коллегами. Он заявляет о рейдерском захвате и попытке силового вмешательства в деятельность организации. 2018 год. Спустя десять лет Алексей Пугачев находится по другую сторону забора. Теперь уже он пробивается на завод с приставами и полицией. А обороняется… его 19-летняя дочь.

 

Захват или развод

Саратовская область постепенно превращается в область банкротства — одно за другим приходят сообщения об уже ликвидированных или готовящихся к закрытию предприятиях. Картотека арбитражного суда переполнена исками кредиторов. Речь идет как о небольших, так и о крупных заводах с богатой историей и именитыми заказчиками.

На производственных площадях открываются торговые центры (самый яркий пример в Саратове — ТЦ «Оранжевый» на месте бывшего авиазавода) или вырастают многоэтажки (как в случае с энгельсским клейзаводом). На этом фоне каждый новый скандал, связанный с переделом имущества на промышленном рынке региона, вызывает вполне обоснованные опасения.

Об очередном таком случае стало известно в начале 2018 года, когда в саратовских СМИ появились сообщения о якобы произошедшем рейдерском захвате одного из местных предприятий. К журналистам обратился гендиректор ООО «Саратовский завод керамического кирпича» (ООО «СЗКК») Валерий Козиков.

 

завод

Площадка перед кирпичным заводом, на которую якобы выгнали сотрудников предприятия

 

Этот руководитель рассказал об ужасах, которые пришлось пережить ему и его подчиненным. Со слов Козикова, в Саратов вдруг нагрянули «лихие 90-е»: некие «братки» просто пришли на территорию его завода и вышвырнули оттуда всех, включая охрану.

Новые хозяева наняли других ЧОПовцев, поэтому теперь дорога к родным помещениям предприятия для гендиректора и сотни его сотрудников была закрыта. А полицейским, которые возбудили по этому факту уголовное дело, якобы кто-то мешает. Чуть ли не надзорный орган региона за спиной у «захватчиков» стоит…

 

пресс-конференция

Валерий Козиков и адвокат Юлия Мехоношина на пресс-конференции по поводу «захвата» ООО «СЗКК»

 

Конечно, нельзя было обойти стороной такую животрепещущую тему. Не каждый день, к счастью, в Саратове происходит подобное. Но почему-то местные журналисты не сильно заинтересовались громкими заявлениями возможной жертвы рейдерского захвата. Даже после того, как Валерий Козиков провел по этому поводу целую пресс-конференцию, лишь единицы решились донести до общественности его позицию.

В чем же дело?

Наше издание решило серьезно разобраться в происходящем. И вот несколько выявленных фактов:

 

1. Работа предприятия действительно под большим вопросом.

2. Рейдерского захвата не было (пока).

3. Завод стал площадкой для семейных разборок.

4. В переделе собственности невольно (или вольно) участвуют силовики.

5. Все это ставит под угрозу судьбы десятков сотрудников завода.

 

Итак, все началось с бракоразводного процесса между бизнесменом Алексеем Пугачевым и сотрудницей районной прокуратуры Еленой Пугачевой. Как нам удалось выяснить, в семье и раньше были неурядицы — пара чуть было не рассталась еще в 2013 году. Однако тогда разрыва отношений удалось избежать, а глава семейства переписал производственное имущество на своих детей.

Завод, расположенный в Саратове по адресу: Песчано-Уметский тракт, 10, был приобретен нынешними владельцами в 2006 году. Однако через два года после этого предыдущий хозяин — Сергей Николаев — вновь объявился и попытался вернуть имущество, оспорив совершенную сделку. Пугачев расценил это как рейдерский захват.

 

Bez_imeni-2

Кадр из видео «Облдеп Юрий Заигралов на кирпичном заводе» (Заигралов — справа) / © канал omsaratov на портале rutube.ru

 

По его словам, на территорию завода то и дело наведывались странные люди в спортивных костюмах и татуировках, которые мешали работе предприятия.

Десять лет назад там действительно кипели нешуточные страсти. Причем на стороне Николаева выступал на тот момент депутат Саратовской областной думы Юрий Заигралов, который под видеозапись обещал собрать у ворот завода руководство силовых структур региона и был полностью уверен в своей победе.

 

Bez_imeni-3

Юристы, депутат и приставы возле территории завода 10 лет назад / © канал omsaratov на портале rutube.ru

 

Действительно, в разбирательствах тогда были задействованы и стражи правопорядка, и судебные приставы. Однако состоявшаяся в 2006 году сделка по продаже завода в суде была признана законной, и волнения на какое-то время прекратились.

Но когда в конце 2017 года Пугачевы решили развестись, предприятие, дающее работу сотне трудяг и производящее ежемесячно около миллиона кирпичей, снова залихорадило. Та же полиция, те же приставы, только вместо депутата теперь — родственники…

 

Люди в погонах

Как оказалось, ООО «СЗКК» Валерия Козикова, которое якобы вышвырнули с территории предприятия в ходе рейдерского захвата, лишь одна из контор, использовавших помещения по адресу завода. Сами постройки находятся в собственности дочери Алексея Пугачева — Анастасии Пугачевой.

Анастасия — студентка, ей всего 19 лет. Девушке пришлось приостановить учебу в столичном вузе и приехать в Саратов, чтобы возглавить предприятие, на имущество которого после развода родителей тут же стали претендовать родственники отца.

 

Анастасия Пугачева

Анастасия Пугачева

 

Ее мама, по понятным причинам, не смогла бы совмещать работу в надзорном органе с бизнесом. Она, по словам дочери, вообще полностью дистанцировалась от происходящего, дабы не подвергать сомнению свою беспристрастность. Видимо, очень дорожит прокурорской должностью и не желает из-за начавшегося передела завода бросать тень на свою службу.

— Когда стало очевидно, что завод могут просто распилить на куски, уничтожить, пришлось вмешиваться, — рассказала Анастасия Пугачева корреспонденту ИА «Версия-Саратов». — Конечно, никакого захвата не было. Мы просто сменили охрану, потому что здесь уже реально начали демонтировать оборудование. А предприятие нужно было спасать. Мы никого не выгоняли. Наоборот, другая сторона вывела всех сотрудников за ворота и там людям объявили: если продолжите ходить на работу, то все будете уволены. Но они не испугались и вернулись на предприятие. И завод продолжает работать.

Анастасия Алексеевна возглавила новую компанию — ООО «Саркирпич». Начать пришлось с восстановления того, что, по ее словам, успели «срезать» предыдущие управленцы. Весь январь 2018 года шли ремонтные работы. А потом стали происходить странные дела.

 

завод1

В помещениях завода

 

— Оказалось, что отец или связанные с ним люди, в том числе его родственники, завалили правоохранительные органы заявлениями о чьих-то противоправных действиях, — отметила собеседница. — Им даже удалось добиться возбуждения уголовного дела. Целью, как я поняла, стало предприятие. То есть, любыми путями пытаются сделать так, чтобы дальше осуществлять деятельность мы не могли.

Дело возбудили в марте 2018 года. По факту якобы произошедшего хищения кирпича с территории предприятия. Заявление написал тот самый гендиректор Козиков, с фирмой которого — ООО «СЗКК» — по словам Анастасии, она, как владелец зданий, даже не подписывала договор аренды помещений.

— Расследование идет полным ходом, у нас изымают документацию ООО «Саркирпич» и других третьих лиц, вообще не имеющих отношения к этому делу, — подчеркнула руководительница предприятия. — Здесь уже дважды проводились так называемые следственные действия. Их результат — парализованная работа завода. Изымаются системные блоки, печати и документация сторонних фирм… Такой странный выбор полицейских может свидетельствовать о том, что у них поставлена задача не установить истину по делу, а вывести из строя предприятие. Собственно, Алексей Пугачев так и говорил: или вы отдаете мне завод или он не достанется никому.

 

объявление

 

При этом, как отмечает Анастасия, полицейские не предпринимают попыток выяснить, действительно ли «исчезнувшая» продукция принадлежала Алексею Пугачеву или Валерию Козикову. А между тем, сам предмет уголовного дела — кирпич — никуда не пропадал, продолжает лежать на территории завода, что было зафиксировано на фото самими правоохранителями в ходе доследственной проверки.

— Кража кирпича у Козикова, как он заявляет, произошла в 2017 году, а документацию у нас изъяли за 2018-й. Системные блоки мне не возвращают. Причем неизвестно, в качестве чего все это изымается. Судя по тому, что некоторую документацию нам удалось отбить обратно, без каких-либо расписок об ответственном хранении, речь идет не о вещественных доказательствах. Тогда что же происходит? Попытка помешать законной предпринимательской деятельности? Знакомиться с материалами дела мне не дают, во всем этом просматривается некая коррупционная составляющая. Надеюсь, что компетентные органы проведут по всем этим фактам тщательную проверку. Соответствующее заявление мной уже было подано в начале июня, — рассказала Анастасия Пугачева.

 

Люди в черном

На кирпичный завод зачастили не только полицейские, но и приставы. Сотрудники предприятия называют их визиты «набегами». Одно из таких посещений — 6 июня — закончилось вывозом с территории огнетушителей, противогазов, ящика с проводами, лопат и прочего инвентаря.

Очевидцы рассказали, что в этот день территорию завода заполонили вооруженные мужчины. Прибыли судебные приставы, которых возглавлял Олег Решетняк, и еще какие-то «люди в черном» (по всей видимости — спецподразделение УФССП).

 

проходная

Проходная завода

 

— Они  представились полицейскими, поэтому им открыли ворота, — вспомнила директор ООО «Саркирпич». — Ведь нельзя же препятствовать работе правоохранителей. А оказалось, что это — приставы и те люди, которые пытаются помешать работе завода. Они не имели права заходить на чужую территорию, не предъявили никаких документов, проникли такой вот хитростью. Прижали меня к стене пропускного пункта и удерживали до тех пор, пока на территорию не загнали газель и два манипулятора. При помощи этой техники они вывезли, как я поняла, произвольно выбранное имущество — все, что попадалось под руку.

По словам сотрудников завода, опись изъятых приставами вещей никто не составлял. И уж тем более не было речи о переписи инвентарных номеров имущества. Приставы ходили по частной территории и срезали замки на дверях помещений. На каком основании? Хозяева предприятия не сумели добиться ответа на этот вопрос.

 

приставы

Кадр с видео, отснятого 6 июня 2018 года на территории завода

 

После того, как наше издание разместило новость о подозрительном визите бойцов регионального УФССП на завод, приставы решили прокомментировать эту информацию. На своем сайте они разместили пояснения, которые раскрыли интересную схему, благодаря которой любой человек может легализовать проникновение на чужую территорию и изъятие имущества у третьих лиц.

Выяснилось, что «набег» был вызван исполнительным производством по решению арбитражного суда. В январе 2018 года некое саратовское ООО «Центр Экологии» обратилось к служителям Фемиды с заявлением на фирму Козикова — ООО «СЗКК». Якобы ответчик не выплатил истцу 20 тысяч рублей по какому-то договору аренды.

Ни одного заседания по делу так и не состоялось. 26 января заявление было принято к производству, а уже через несколько дней истец подал ходатайство о заключении мирового соглашения. Предметом этого соглашения как раз и стала передача «Центру Экологии» «находящегося у должника оборудования» — насосов, пожарных рукавов, ящика с проводами и прочего (всего — 31 наименование).

Козиков тут же согласился на мировую, и уже в марте этого года приставы возбудили в отношении его фирмы исполнительное производство. Руководителя ООО «СЗКК» уведомили о том, что он обязался отдать оборудование (о чем он итак, конечно, знал). Тогда Козиков сообщил, что не может самостоятельно исполнить решение суда: мол, имущество находится на территории завода, откуда его выгнали арендодатели.

По данным приставов, эта беседа состоялась 11 апреля. В тот же день сотрудник Ленинского райотдела УФССП региона приехал к воротам предприятия на Песчано-Уметском тракте.

Отметим, что подобные чудеса оперативности могут только сниться многочисленным одиноким матерям, годами ждущим взыскания алиментов с нерадивых бывших супругов. Порой им самим приходится «выходить на место» и проводить прочие действия за тех людей, которые обязаны этим заниматься по службе. В 2016 году приставы долгое время не могли вернуть женщине ее младенца, о чем наше издание подробно рассказывало в материале «Взыскать ребенка».

Итак, 11 апреля попасть на завод сотрудникам УФССП не удалось. Их туда просто не пустила хозяйка помещений, которая не поняла, на каком основании кто-то приехал что-то у нее изымать. Но приставы вернулись 6 июня с визитом, о котором мы подробно написали выше.

 

приставы1

Кадр с видео, отснятого 6 июня 2018 года на территории завода

 

«В исполнительных действиях принимал участие директор организации-взыскателя и указывал на конкретное месторасположение имущества, числящегося на балансе и располагающегося по адресу, указанному в исполнительном документе. В результате совершения исполнительных действий 25 наименований (из 31 наименования, указанного в исполнительном документе) имущества передано взыскателю. Оставшиеся 6 наименований имущества в ходе исполнительных действий не обнаружены», — говорится в пояснениях УФССП на официальном сайте службы.

Тут же подчеркивается, что нарушений со стороны судебных приставов в ходе проведения этого мероприятия «не выявлено». Кем и когда не выявлено — не уточняется.

 

Мировая схема

А теперь подробнее остановимся на реализованной схеме с мировым соглашением. Тут стоит пояснить, что фирма-истец — ООО «Центр Экологии» — не совсем обычная. Ее руководитель (и единственный учредитель) — брат Алексея Пугачева Сергей Пугачев. Именно он затеял судебные тяжбы с ООО «СЗКК» Козикова, которые в итоге привели к «набегу» приставов.

Учитывая, что наблюдатели называют Валерия Козикова «доверенным лицом» Алексея Пугачева, может показаться странным, что один и тот же человек фактически судился сам с собой. Но в этом-то и заключается вся прелесть опробованной Пугачевым схемы.

В арбитраж его брат обратился с требованием о взыскании арендной платы, поэтому на рассмотрение даже не ставился вопрос о том, принадлежит ли фактически одной из сторон указанное в мировом соглашении оборудование. Ведь, судя по картотеке, соглашение было заключено еще до того, как стороны должны были предоставить служителям Фемиды какие-либо документы.

Просто две конторы взяли и решили, что можно забрать имущество с территории Анастасии Пугачевой, даже не привлекавшейся к рассмотрению в качестве третьего лица. Как такое возможно? В тексте мирового соглашения, естественно одобренного обеими сторонами, был прописан адрес, где якобы находится спорное оборудование: Песчано-Уметский тракт, 10. Вот и все.

Это гениальная схема. Например, у вас есть квартира, в которой находится компьютер. И два сторонних человека прознали об этом. Они могут устроить судебный междусобойчик ради подписания мирового соглашения. И в этом документе укажут, что один человек не против вернуть другому этот самый компьютер, находящийся в вашей квартире. Через некоторое время к вам домой ворвутся приставы, без объяснений (вы же не сторона по делу) изымут технику и все?

Ведь на самом-то деле в истории с оборудованием завода произошло что-то подобное.

И в решении арбитражного судьи Натальи Горбуновой, рассматривавшей дело, и в исполнительном листе, в который все-таки удалось заглянуть представителям Анастасии Пугачевой, просто перечислено некое имущество. Без идентификационных номеров, без каких-то особых отметок. Такие «точные» документы, фактически, позволяют брать все, на что укажет взыскатель. Что, собственно, по признанию самих приставов, и происходило 6 июня на территории ООО «Саркирпич».

Не исключено, что судья при рассмотрении дела опиралась на адрес ответчика — ООО «СЗКК», указанный руководством фирмы в налоговой отчетности: тот же Песчано-Уметский тракт, 10. Но по такому же адресу прописаны еще десятки компаний, фактически расположенные на граничащих территориях.

Более того, в выписке из налоговой на фирму Козикова можно обнаружить интересный факт. В пункте 12 этого документа, где идет речь о месте нахождения юрлица, говорится следующее: «сведения недостоверны (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице)».

 

выписка

Часть выписки из ЕГРЮЛ на ООО «СЗКК»

 

Юристы отмечают, что подобные записи могут быть внесены в отчетность ООО в случае, если представители фирмы, в частности, принесли в налоговую подложный договор аренды с собственником помещений. Тогда возникает вопрос: не используют ли заинтересованные лица служителей Фемиды в своих целях, вводя их в заблуждение? Если это действительно так, то это повод, как минимум, более детально разобраться в том, что за мировые соглашения заключают между собой фирмы, аффилированные Алексею Пугачеву.

Выяснилось, что нечто подобное родственники этого бизнесмена попытались провернуть и в отношении основного оборудования кирпичного завода, на котором производится продукция. Только теперь уже в судах общей юрисдикции.

Так, 5 марта 2018 года Ленинский районный суд приступил к рассмотрению иска мамы Алексея Пугачева — Нины Пугачевой — все к тому же ООО «СЗКК» Валерия Козикова. Заявительница, как и в случае с «Центром Экологии», ссылалась на то, что сдала ответчику оборудование в аренду, а тот своевременно не заплатил. Якобы между сторонами был заключен договор 1 декабря 2017 года (как раз в то время, когда начался передел власти на заводе).

И уже 23 марта председательствующая судья Ирина Бабурина утвердила мировое соглашение между сторонами о передаче техники для производства кирпича Пугачевой.

Интересно, что одновременно с этим рассматривался еще один иск. Заявление подала тетя Алексея Пугачева — Алла Силаева. А ответчиком выступила та же Нина Пугачева — сестра истицы. Тяжбы проходили в Базарно-Карабулакском районном суде. Первое (оно же последнее) заседание состоялось 28 марта, когда стороны по обычаю заключили мировое соглашение.

Силаева заявила, что мама Алексея Пугачева якобы еще 27 декабря 2017 года продала ей все производственное оборудование кирпичного завода, включая подвесной и башенный краны, ленточные транспортеры, трансформаторы, различные станки и тому подобное за 470 тысяч рублей. А та, мол, обязательства не выполняет, товар покупателю не передает.

Третьим по счету мировым соглашением между родственниками Алексея Пугачева, которое утвердила судья Татьяна Карпачева, было решено передать якобы проданное в декабре 2017 года оборудование Силаевой. Причем никого не смутил тот факт, что вынесенным ранее решением Ленинского районного суда был установлен факт собственности на ту же самую технику Нины Пугачевой…

То есть, фактически два судебных акта противоречат друг другу. Если верить одному, то по состоянию на март 2018 года оборудование завода принадлежит маме Алексея Пугачева. А если верить другому, то те же аппараты для производства кирпича находятся в собственности тети того же человека еще с 2017 года.

Может показаться, что одна из сторон конфликта просто решила перестраховаться и обложиться как можно большим количеством «мировых», вовлекая в семейные разборки служителей Фемиды из различных судов региона.

 

Люди на блюде

Нам удалось связаться с адвокатом Натальей Пегасовой, которая представляет интересы Анастасии Пугачевой. Юрист рассказала, что обжаловать решение арбитражного суда по иску ООО «Центр Экологии» пока не удалось. А вот мировое соглашение, утвержденное Ленинским районным судом, было отменено, и дело направили на новое рассмотрение, уже с привлечением третьего лица — собственницы помещений завода. 

Что же касается разбирательств в Базарном Карабулаке, то там, после того, как апелляционная инстанция также вернула дело на новое рассмотрение, тетя Алексея Пугачева тут же отказалась от иска. Странно? Едва ли, если учесть все вышеперечисленное.

— В суде даже не исследуется факт владения тем или иным лицом оборудованием, — отметила Наталья Пегасова. — Там ведь рассматривается вопрос о взыскании денег по договору аренды. Они какой-то документ сомнительный приносят об аренде, и все. На основании этого потом заключают мировое соглашение. Реальные документы на собственность мы не видели. Все это делается для того, чтобы приставы прошли на чужую территорию. Сами они этого сделать не могут. Поэтому пользуются людьми в погонах и с оружием.

Чтобы разобраться, что в действительности происходит с кирпичным заводом, мы обратились за комментариями к руководителю ООО «СЗКК» Валерию Козикову. На многие конкретные вопросы Валерий Петрович ответить затруднился. Про «рейдерский захват» он также говорить не стал, заменив это выражение иной формулировкой: «Нас вышвырнули с территории, не предложив продлить договор аренды».

— Там находились две организации — наша и еще одна, — отметил Козиков. — Вот та вторая организация просто свою охрану поставила, а нашу — выкинули. Арендодатели были не против этого. Мы же в аренду брали помещения. Оборудование тоже нам не принадлежит — оно в собственности у частного лица, у которого мы арендовали его. Оборудование это там осталось, и они его не дают владельцу.

Правда, называть человека, у которого якобы «СЗКК» арендовал технику, собеседник не стал. Также он признал, что сотрудники завода вернулись на предприятие и продолжают там трудиться, а он в настоящее время в основном отстаивает позицию не «сотни работяг», как заявлялось ранее, а юридического лица.

— Обычно письменно предупреждают о разрыве договора аренды, а тут без этого. Просто вышвырнули — это уже беспредел, — заявил Валерий Козиков, не сумев вспомнить, с какого по какое время заключались с ним договоры аренды. — По нашему заявлению завели уголовное дело. Я признан потерпевшим. Но около трех месяцев хода нет делу, его на проверку то в областную прокуратуру, то в городскую забирают. Натыкаемся на то, что противоправные действия какие-то идут то ли со стороны прокуратуры, то ли… Бьемся — никак не добьемся. Подозреваемые по делу есть, но я не могу сказать кто это. Я понимаю, что там какие-то могут быть семейные разборки — что-то было хозяином переписано на детей. Но наша организация с 2014 года находилась там. И мы требуем свое — такого не может быть, чтобы выкинули просто людей на улицу.

В свою очередь отец Анастасии — Алексей Пугачев — отказался встречаться с корреспондентом ИА «Версия-Саратов». Такую позицию он обосновал тем, что якобы не является участником конфликта.

— Я скажу, по какой причине другая сторона упоминает меня. Там уголовное дело идет, а их задача — свести все уголовные дела в рамки семейного конфликта. Но там семейного конфликта никакого нет. Там есть юридическое лицо, которое, можно сказать, обворовали-ограбили. Я к этому реально отношения не имею. Есть кража трудовых книг, компьютеров, документов, кирпича на 4 миллиона рублей, оборудования на 20 миллионов, — высказал свою версию событий собеседник.

 

территория

На территории завода

 

Он, как и Козиков, намекнул на возможное участие в конфликте надзорного органа. Якобы его бывшая супруга, являясь сотрудником прокуратуры, может предпринимать попытки закрыть уголовное дело. На чем основаны такие подозрения, учитывая, что именно другой стороне приходится отбиваться от представителей силовых структур, Алексей Пугачев рассказывать не стал.

— Дочке принадлежали только здания, чисто голые здания. Ни оборудование, ни кирпич, ни запчасти — ничего ей не принадлежало. Это принадлежало фирме — ООО «Саратовский завод керамического кирпича». А они это присвоили и пытаются замять, — настаивает Пугачев.

В свою очередь другая сторона уверяет, что ни одного договора аренды с ООО «СЗКК» на самом деле не было заключено, а их могли подготовить «задним числом» и подлинность таких документов будет подвергаться проверке.

К слову, некоторые сотрудники предприятия, с которыми удалось побеседовать корреспонденту, действительно рассказали, что в феврале 2018 года к ним домой наведывались представители Алексея Пугачева с просьбой поставить подписи под документами за 2017 год. Об этом они также рассказали полицейским.

О моральном аспекте такого «несуществующего» семейного противостояния — судить читателям. А вот с конкретными фактами, указывающими на подозрительную активность правоохранительных органов и приставов, стоит разобраться компетентным органам. Как и руководству областного и арбитражного судов не помешало бы присмотреться к практике утверждения мировых соглашений, явно требующих более детального разбирательства.

Пока ситуация обстоит таким образом: предприятие реально работает, люди производят продукцию и трудоустроены. Это, пожалуй, самое важное. А вот вопросы со сменой владельцев семейного бизнеса, пожалуй, должны решаться в правовом русле. Без людей в чем-то, которые могут беспардонно вмешиваться в предпринимательскую деятельность. Но с законом и порядком, которые помогут установить, кто в этом споре «рейдеры» и есть ли таковые вообще.

Мы продолжим следить за развитием событий.