Сериалы-XXI. Суд высшей инстанции

Сериалы-XXI. Суд высшей инстанции
Судья надеется, что им управляет Бог / кадр из сериала

Продолжаем рубрику, которую ведет Роман Арбитман — автор «Серийных любимцев», первого в России путеводителя по англо-американским драматическим шоу. Здесь рассказывается о разных телесериалах: и тех, о которых все говорят, и тех, которые по разным причинам остались в тени. Главное, что их объединяет: все они интересны и все они достойны внимания зрителя.

Десница Божья (Hand of God). США, 2015 — 2017.

Жанр: драма с элементами детектива и триллера.

Кто придумал: Бен Уоткинс.

Кто участвует: Рон Перлман («Имя Розы», «Город потерянных детей»), Дана Дилэйни (сериалы «Дикие пальмы», «Следствие по телу»), Андре Ройо (сериалы «Прослушка», «Грань»), Гаррет Диллахант (сериалы «Черная метка», «Жизнь как приговор»), Алона Тал (сериалы «Обмани меня», «Фишки. Деньги. Адвокаты»), Кэмрин Манхейм (сериалы «Говорящая с призраками», «Практика»), Роберт Джой («Водный мир», «Меч Гидеона»), Джимми Рэй Беннетт (сериал «Красотки в Кливленде»), Гай Бернет (сериал «Рэй Донован»).

Продолжительность: 2 сезона.

Мой рейтинг: 8 из 10.

 

десница Божья - постер

 

В пьесе Александра Островского «Гроза» странница Феклуша рассказывает о дальних краях: «У нас закон праведный, а у них, милая, неправедный; что по нашему закону так выходит, а по ихнему все напротив. И все судьи у них, в ихних странах, тоже все неправедные». Все эти фантазии Феклуши вполне применимы к отдельно взятому судье Пернеллу Харрису (Рон Перлман) из американского города Сан-Висенте. Пернелл — один из самых влиятельных горожан и при этом один из самых больших негодяев. Законы он трактует по-своему; если ему надо, он может упечь невиновного и отпустить рецидивиста. Он держит в кулаке мэра (Андре Ройо), начальника полиции (Максимилиано Эрнандес) и чуть ли не весь местный бизнес. Он изменяет жене (Дана Дилэйни) и презирает сына Пи Джея (Джонни Ферро) — за то, что отпрыск, будучи компьютерным гением, лишен отцовской деловой хватки.

Но вдруг всё меняется: неизвестный насилует Джоселин (Алона Тал), жену Пи Джея, на глазах мужа; Харрис-младший пытается покончить с собой и впадает в кому. Врачи не обещают улучшений и предлагают отключить его от аппарата искусственной вентиляции легких. Джоселин готова согласиться, но не Пернелл. Потому что его начинают преследовать видения, а в голове звучит Голос. Тот объявляет: сын очнется, если отец найдет и покарает виновного…

 

сын в коме, и судью гложет вина

Сын судьи в коме

 

Зритель в смятении и поначалу не знает, что подумать. Судья спятил? С ним действительно говорит Бог? Выбор любой из двух версий определит жанр повествования — точнее, разведёт по полюсам два различных жанра. В случае ответа «да» на первый вопрос мы получаем психиатрическое теледейство в духе «События» и «Восприятия» (профессор-шизофреник Дэниэл Пирс и пациенты «мозгоправа» Джека Галлахера в пору обострения могли увидеть-услышать и не такое). Если же голоса и видения имеют мистическую природу, то перед нами — жанр религиозного fantasy, наподобие «Сверхъестественного».

Отдадим должное мастерству сценаристов: поначалу авторы достаточно умело балансируют на грани, заставляя зрителя постоянно колебаться вместе с главным героем. С одной стороны, вина судьи перед сыном столь велика, а подсказки, полученные свыше (например, «стрела» из пролитого на пол вина, которая должна указать на злоумышленника), выглядят столь нелепо, что любой психиатр в момент нарисует клиническую картину происходящего. С другой стороны, Голос, как выясняется, говорит не бессмысленные вещи: точное следование его (Его?) подсказкам может привести к виновным в преступлении. Что, если оба названных жанра способны как-то уживаться, не противореча друг другу?

 

пернелл в суде

 

Как известно, средневековое визионерство было не психиатрическим феноменом, а способом взаимоотношения человека с миром, где потустороннее и посюстороннее сосуществовали на равных. Галлюцинации оказывались явлением «мировоззренческим». Узрев ангела или Деву Марию, люди принимали это как данность; радовались, но вовсе не удивлялись. В эпоху рационализма былая гармония потускнела и осыпалась; храм сделался клубом по интересам, проповедник превратился в шоумена, от ярких экстатических видений научились избавляться с помощью нейролептиков, а чудо переместилось на страницы маргинальных таблоидов. Создатели сериала попытались влить немного свежего вина в прежние меха и спроецировать старое доброе визионерство на сегодняшние реалии.

У создателей «Десницы Божьей» были предшественники: в 2006 году на NBC начали показывать драматическое шоу «Книга Дэниэла», где Иисус являлся провинциальному священнику Дэниэлу Уэбстеру и беседовал с ним. Хотя преподобный Дэниэл был человеком симпатичным и общался без панибратства со своим видением (внешний образ гостя, кстати, не отступал от канона), сериал продержался в эфире лишь три недели. Убрали его с такой неприличной быстротой, что дело было, похоже, не в рейтинге, а в коллективном недовольстве пастырей и паствы: вопреки ожиданиям воцерковленных телезрителей, общение божества с пророком обернулось в итоге милым житейским трепом Дэна и Иисуса.

 

За десять лет до роли убийцы актер Гаррет Диллахант сыграл роль Иисуса

За десять лет до роли убийцы актер Гаррет Диллахант сыграл роль Иисуса

 

Авторы «Hand of God» учли опыт предшественников только отчасти. Да, высшее существо не появляется на экране собственной персоной, зато его земной слуга, преподобный Пол Кертис (Джулиан Моррис), — прежде всего обаятельный шарлатан, который думает о вере куда меньше, чем о карьере. Актеру Гаррету Диллаханту, сыгравшему Иисуса в «Книге Дэниэла», здесь, словно нарочно, доверили роль мрачноватого фанатика, готового убивать с Его именем на устах. Что же касается судьи-неофита, то он, внезапно вкусив благодати и приняв на себя миссию исполнителя Его воли, на первых порах не становится лучше. Чувство вины не превращается в катализатор сказочно быстрого морального преображения главного героя. Он лишь перестает быть негодяем системным и становится негодяем непредсказуемым, то есть более опасным для своего окружения: эдакой ходячей бомбой, которая может рвануть в любой момент. Все вокруг него — законная жена, партнеры по бизнесу, любовница по вызову (Эмаяци Коринеальди) — перестают понимать судью. Однако его нельзя упечь в дурдом или тюкнуть по башке в темном переулке. Даже когда во втором сезоне на судью заведут уголовное дело, его выпустят под залог. Пернелл Харрис — некоронованный король, отец родной, воинский начальник и духовная скрепа в одном лице; он — главный гарант здешней стабильности. К идиоматическому выражению «столп общества» здесь почти возвращается прямое значение: судью не любят, но в городе слишком многое завязано на его харизме, деньгах и влиянии. Убери столп — и всё обрушится.

«Десницу Божью» удерживают в равновесии три кита: мистика, психиатрия и детективный драйв (не зря же на счету режиссера Марка Форстера — «Квант милосердия» с Дэниэлом Крэйгом в роли агента 007). Расследование, начатое судьей в первом сезоне, продолжится и во втором. Появятся новые персонажи, а уже знакомые герои могут измениться (и к лучшему, и к худшему). Факты, прежде казавшиеся несокрушимыми, дадут трещину, после чего «теория заговора» перестанет быть теорией. Всё это, как и прежде, приправлено авторским сарказмом: ведь Сан-Висенте — модель автократического патерналистского общества в миниатюре.

Название города, где разворачивается сюжет, выбрано не случайно, и в этом тоже прочитывается сарказм. Святой Винсент (Викентий Мученик) отдал жизнь за веру, а город его имени населен по преимуществу конформистами — никаких мук, тем более мук совести, они не испытывают. Когда главный герой начинает идти вразнос, окружающие его по-тихому увещевают, но терпят на протяжении всего первого сезона: куда деваться? В гневе судья страшен, так что пускай пока куролесит. Харрис разговаривает с пустотой? Сделаем вид, что так и надо. Он прилюдно хамит? Ради Бога! Купается голым в городском фонтане (причем не в День ВДВ)? Ну и ладно. «У тебя всегда был комплекс бога, только теперь ты это вслух признаешь», — сердито выговаривает судье мэр. Но приватно, без посторонних.

 

судья ищет тайные знаки

 

Звероватая внешность талантливого актера Рона Перлмана всегда помогала ему получать в кино и на ТВ знаковые роли монстров, от Глашатая Закона в «Острове доктора Моро» до адского Хеллбоя. Любопытное совпадение: за четверть века до событий в городке Святого Винсента молодой Перлман получил «Золотой глобус» за главную мужскую роль в сериале «Красавица и чудовище», где почти без грима сыграл тоже Винсента — на лицо ужасного, зато доброго внутри. В «Деснице Божьей» содержание, казалось бы, соответствует форме. С одной стороны — скверные привычки «хозяина жизни» плюс убежденность в том, что он избран исполнить высшую волю. С другой стороны, даже седина героя не облагораживает внешности гризли, вставшего на дыбы… И всё же зритель с каждым новым эпизодом сочувствует судье: даже его самодурство теперь замешано на чувстве вины перед Пи-Джеем. Пернелл, увы, не в силах повернуть время вспять, но он хотя бы может найти  виновных в том, что случилось с сыном, и отомстить. А когда в деснице Божьей орудие мести, оно и не обязано выглядеть благообразным. Разящая врага дубина — не посох и не жезл. Всё по-честному.