Шпроты, чипсы, два салата

Шпроты, чипсы, два салата
Рисунок автора

Что ни говори, а в советские времена Новый год был более чарующим праздником, а главное — ожидание его было несоизмеримо более восторженным. Нынешние дети, ушибленные западными ценностями, не могут понять того счастья советского школьника, когда он каждое утро во второй половине декабря дрожащими руками выдергивал листик отрывного календаря, плевал на ватку с «дождиком» и швырял её в потолок: Новый год скоро, дождаться бы! Дед Мороз и подарки тут не при чем. Хотя и они имели значение, конечно. Но главное — это предвкушение новогоднего стола.

Где те самые анкеты советских детей в общих тетрадках в 90 страниц, что передавались из рук в руки в каждом классе каждой школы. И где-то среди вопросов «Любимый цвет?», «Любимое время года?» и «Любимый певец?» был обязательный «Любимое блюдо?». И ответы на него в двух, как правило, вариантах: «Жареная картошка» и «Жареная курица». Помните?!

Да, как мало надо было советскому школьнику, чтобы он стал счастливым. Жареная картошка! Вместо макарон, гречневой каши, горохового супа или супа со звездочками.

Нет, бесспорно, и сейчас спроси кто-нибудь школьника… Да вот я сам могу спросить: «Что ты любишь есть больше всего?!» «Чипсы!» Тоже вроде что-то похожее на жареную картошку.

На самом деле, это просто первое, что пришло в голову. Это не заветная еда, а скажем так, наиболее предпочитаемая, потому что находится в верхней строчке рейтинга запретного разнообразия.

То, что выпрашиваешь чаще всего, и почти с той же частотой тебе в этом отказывают. Табу играет свою роль, поэтому чипсы всегда на уме. А потом уже идут пицца, наггетсы, чизбургеры, бигмаки, лонгеры, вопперы, твистеры — то, в чем отказывают с чуть меньшей частотой. Вот это бы всё на новогодний стол, так будет истинный праздник для отрока!

Какая жареная курица?! О чем вообще речь, зачем она? Если бы я сказал своему сыну с блеском в глазах, что на Новый год у нас будет жареная курица, давай радоваться, он бы ответил: «Ты что — пьяный? Теперь весь вечер будешь всему радоваться?! Вот кот на спине лежит смешно — радуйся. Хотя да, ты говорил, что и на пельмени вы там собирались всей семьей с дядями и тётями раз в полгода. Хоровод водили вокруг кастрюли. Может, еще пельмени у нас будут на Новый год? Давай радоваться!»

Действительно, какая еще курица, когда есть крылышки из «KFC». Вон они в бумажном ведре, острые в тесте, и он вяло достает одно и возит в сырном соусе, держа в другой руке планшет, при этом ноги на спинке дивана. А мне так и на Новый год не разрешили бы! Мигом слетел бы!

То же самое касается салата оливье. Он вдруг стал никому особо не нужен. Некоторые хозяйки до такой степени осатанели, что каждая из них периодически в канун Нового года небрежно говорит: «А я не буду в этом году оливье делать… Надоел он!» Кто надоел, когда надоел? А жить тебе не надоело? И дети их при этом не падают на спину, не закатывают истерику и не отказываются от родителей.

Вы знаете, что такое «амброзия»? Так называют пышные огородные сорняки, которые надо вырывать с корнем, потому что очень живучи и быстро растут, поглощая всю воду из почвы. А еще это пища Олимпийских богов в легендах и мифах античной Греции — амброзия. Заветная пища! Какой диапазон значений у одного слова! От сорняка до пищи богов.

Так вот для советских человеков — что больших, что малых — амброзией был салат «оливье» с венгерским зеленым горошком «GLOBUS». Люди ждали Новый год, чтобы сделать оливье. Любой человек, который сказал бы, что он не будет делать оливье в этот раз, моментально заинтересовал бы КГБ. Родственники и знакомые были бы проверены. Такого человека вполне могли бы записать в диссиденты.

Это сейчас все разбаловались до предела и дальше. Предали заветы отцов, отказались от национальных традиций и главной новогодней скрепы.

Превратили салат оливье из амброзии — пищи богов — в амброзию-сорняк. Везде он есть, в каждой столовке, в каждом большом и не очень маркете — в прохладной витрине в прямоугольных плошках, и женщины в фирменных халатиках равнодушно его накладывают в пластиковые контейнеры. А вы его покупаете безо всякого на то повода.

Лопаете на обед! В будние дни! И весной, и летом, и осенью! Богохульники, кощунники, грешники страшные, вероотступники. Ибо написано: «Не возжелай оливье всуе!» То есть не написано, но это только пока.

Я бы очень хотел, чтобы кто-то из региональных депутатов Государственной думы вышел с законодательной инициативой приравнять салат оливье к легким наркотикам и полностью запретить продажу его в межсезонье! Только в предновогодние дни и новогодние праздники. А изготовление его дома весной, летом и осенью приравнять к выращиванию конопли, только без реальных сроков, конечно.

В свете той хреновины из законов, которые принимает Госдума в последние годы, такой бы казался вполне здравым. И всё это ради сохранения отечественных ценностей и суверенитета.

И тогда дети не будут воротить нос: «Оливье на Новый год? Да нуууу, не хочу его! Мне какой-нибудь салат с чипсами!» И женщины не станут похваляться, что в этом году его готовить не собираются.

А бутерброды со шпротами кто-то будет делать?! Они же были гордостью новогоднего стола на метровом в диаметре блюде. Дети тянули к ним ручки. Сейчас за метр обойдет, скривив физиономию — дохлые, полуразложившиеся рыбки на майонезных ломтиках батона.

А салат «венигрет»? Или «винегрет»? Уж не помню, как они пишется-то! Такой недоразвитый сводный брат «оливье», но при этом неизменный его спутник на новогоднем столе. В России его делали с горошком, а в Грузии — с вареной красной фасолью. Я помню, как старший двоюродный брат говорил мне, что винегрет — это блюдо СССР, партия поставила задачу изобрести наш, советский салат, и чтобы каждая из 15 республик предоставила один ингредиент. Так вот грузины дали фасоль. Я лет до 30 в это верил.

А сыр и колбаса? А?! Просто сыр и колбаса, которые нарезали, и они вдруг становились праздничными блюдами. Вареные яйца по половинке и тоже с майонезом тоже были праздничным блюдом. Отварные сосиски… Нет, все же их не было на новогоднем столе. Это уже я зря скажу.

А шоколадки? Дети ждали их в праздничных наборах от школы. Заветные плитки «Цирк», «Сказки Пушкина», «Аврора», «Бабаевский» или какая-нибудь несчастная молочная «Алёнка». Почему ждали так неистово? Потому что это было дорого, ребята. Плитка советского шоколада стоила от 1 рубля 20 копеек до 2 рублей. Дорого! Перевести на современный ценник? Умножайте на 200. Не спорьте, не возражайте, а просто умножайте. Всё, что вы хотите советское — цены или зарплаты — перевести на российское — умножайте на 200. Я посвятил этим расчетам много времени и знаю, о чем говорю.

Итого получается, что плитка шоколада сейчас стоила бы в магазине — 250-350 современных рублей примерно. Нет, конечно, такие есть, сделанные руками швейцарских и бельгийских девственниц, в ромбовидных упаковках-коробках. Такой может и пятьсот целых рублей стоить! Но обычный российский шоколад, плитка с миндалем или фундуком стоит 80 рублей со скидкой до 37-35 рублей! Понимаете, почему раньше шоколад был ценностью, а сейчас можно лопать его постоянно, и опять же — никому особо из детей он не нужен.

То же самое касалось грецких орехов, мандаринов и бананов. То, что было новогодним  чудом, ценным компонентом праздника — сейчас этого навалом и безо всякого 31 декабря. Взрослые люди говорят, что запах мандаринов для них — это запах Нового года. Дети жмут плечами и поправляют: иногда мандарины — это просто мандарины. Как и бананы — это просто бананы. О чем еще доктор Фрейд говорил.  

Эх, утратили, утратили мы дух Нового года! Не сохранили его для детей своих. Так и придется топать за чипсами, чтобы из них сделать какой-то салат, потому что праздник все-таки, надо побаловать не себя, так дитя неразумное. Поставить упаковку на видное место и говорить ласково: «Не трогай! Это на Новый год!» Пусть хоть немного ощутит переживания советского школьника тридцать лет назад.