Совсем не те гоблины

16 февраля 2018, 16:01
Совсем не те гоблины
© book24.ru

50 лет назад, то есть в 1968 году, знаменитый американский фантаст Клиффорд Саймак написал роман "Заповедник гоблинов" ("The Goblin Reservation") – и с тех пор эта книга, переведенная на десятки иностранных языков, считается одним из лучших произведений этого писателя. Действие происходит на Земле, где наука допускает и существование магии. Профессор факультета сверхъестественных явлений Висконсинского университета Питер Максвелл возвращается из космического путешествия на Землю и узнает о своей смерти: оказывается, еще один Питер Максвелл прибыл месяц назад и таинственным образом погиб – то ли несчастный случай, то ли убийство. Теперь герою надо успокоить безутешных друзей и коллег, вернуть работу, разобраться, кто его убил и за что, а главное – исполнить миссию, важную для человечества…

В 1971 году сокращенный перевод романа появился в журнале "Смена", а книжное издание (1972) вышло в серии "Зарубежная фантастика" московского издательства "Мир", и именно в этом издании миллионы советских читателей могли познакомиться с романом.

Тут необходимо сделать отступление и напомнить более молодым читателям о самой серии "ЗФ" – одной из брешей в идеологическом "железном занавесе", через которую в СССР проникала переводная фантастика. Идея отдельной серии принадлежала Евгению Артуровичу Девису, который привлек к ее составлению, оформлению и переводам знатоков фантастики – писателей, критиков, переводчиков, художников. Среди них были Аркадий и Борис Стругацкие, Кир Булычев, Евгений Брандис и Владимир Дмитревский, Рафаил Нудельман, Еремей Парнов, Юло Соостер, Кира Сошинская.

Большим успехом у читателей пользовались сборники рассказов и повестей, объединенных одной темой: роботы ("Шутник", 1971), космос ("Звезды зовут…", 1969), путешествия во времени ("Пески веков", 1970, "Патруль времени", 1985), изобретения ("Фантастические изобретения", 1971, "Практичное изобретение", 1974), контакт с инопланетянами ("Огненный цикл", 1970, "Дальний полет", 1972, "Пять зеленых лун", 1978), планеты Солнечной системы ("Через солнечную сторону", 1971), внеземные формы жизни ("Космический госпиталь", 1972), а также юмористическая фантастика ("31 июня",  1968, "Нежданно-негаданно", 1973), фантастика ученых ("Пиршество демонов", 1968) и так далее. Среди авторов, "открытых" советскими читателями благодаря этой серии, назовем Генри Каттнера и Уильяма Тенна, Хола Клемента и Саке Комацу, Майкла Крайтона и Эрика Фрэнка Рассела

Впрочем, книги серии "ЗФ" не только знакомили нас с переводной фантастикой, не известной ранее, но и тихонько подтачивали основы господствующей идеологии. Да, все книги сопровождались "разъясняющими" предисловиями, но они чаще всего были только страховкой от возможных претензий советского Агитпропа.  Томики "ЗФ" незаметно взламывали в нашем сознании стену покрепче берлинской. Бетон той стены был замешан на ксенофобии, страхе, обильном официальном вранье и нашем прискорбном (хотя и объяснимом) незнании жизни на той стороне. И мы в конце концов понимали: объединяет нас гораздо больше, чем разъединяет.

В рамках "ЗФ", помимо уже названных "тематических" сборников, выходили также "географические" антологии – по странам. Конечно, издателям приходилось "разбавлять" подборки произведений фантастов капстран подборками авторов из соцлагеря, хотя и тут составители пытались выбрать лучшие и наименее идеологически ангажированные произведения. И, конечно, в серии выходили романы, авторские сборники отдельных писателей. Самыми издаваемыми авторами в серии были Артур Кларк (8 книг), Айзек Азимов (5 книг), Рэй Брэдбери (3 книги), Станислав Лем (3 книги) и Роберт Шекли (3 книги). Клиффорд Саймак был в числе наиболее популярных фантастов: кроме "Заповедника гоблинов", здесь также вышли его книги "Прелесть" (1967), роман "Все живое…" (1968), "Миры Клиффорда Саймака" (1978; в сборник вошло переиздание "Заповедника…"),  "Кольцо вокруг солнца" (1982).

А теперь пора снова вернуться к роману-юбиляру. Сюжет выстроен мастерски, по-детективному, едва ли не каждая деталь упомянута не зря и "выстреливает" в нужный момент. При этом в тексте нет ощущения тесноты, жесткой заданности, а есть та поэтическая неторопливость, которая отличает лучшую фантастику Саймака.

Упомянутый в заглавии заповедник, строго говоря, играет не первостепенную роль в сюжете, но важен для атмосферы романа. Как бы герой ни спешил, он может сбавить темп, оглянуться и оценить красоту и своеобразие уголка мира, не тронутого цивилизацией и живущего по своим законам. Именно здесь получили права гражданства те, кого считали персонажами сказок. На специально отведенной им территории живут тролли, эльфы, гномы, феи и прочие создания; некоторые из них уже стали частью массовой культуры. Ворчливый гоблин О’Тул – в числе наиболее колоритных персонажей, окружающих Максвелла. Есть и другие: ученый неандерталец Алле-Оп, любопытный Дух и биомеханический тигренок Сильвестр.

В романе Земля ушла в будущее на несколько столетий и, на первый взгляд, сильно отличается от нынешней. Автолеты здесь заменили такси, люди научились перемещаться в космосе на миллионы парсеков, по университетскому городку шныряют пришельцы из самых разных звездных систем, а объявление приглашает всех желающих на лекцию о Шекспире, которую прочтет сам Шекспир, выдернутый из прошлого сотрудниками Института времени. Впрочем, несмотря на внешние метаморфозы, многое здесь застыло в неприкосновенности. Светские дамы, вроде Нэнси Клейтон, как и в ХХ веке, зазывают на свои приемы экзотических гостей. Бюрократы, по традиции, больше верят справке о смерти, чем живому ее опровержению. Университеты, как и раньше, вынуждены превращать науку в шоу, чтобы получить финансирование…

Во всей этой круговерти Максвеллу надо сориентироваться и найти на Земле правильного покупателя для целой планеты, набитой бесценными знаниями (это и есть миссия главного героя). Увы! У тех, кому знания нужны позарез, нет денег, а те, кто готов на любые траты (монструозные инопланетяне-колесники, разумные ульи), никакого доверия не вызывают…

Саймак – писатель добрый, хотя и не благостный. В финале "Заповедника гоблинов" справедливость восторжествует: планета знаний достанется тем, кому надо, заповедник  пополнится еще одним необычным жителем, колесники будут посрамлены...

После выхода первого книжного издания в СССР роман стал настолько популярен, что в начале 90-х его стали тиражировать не только в Москве и Санкт-Петербурге, но и в российской провинции (Хабаровск, Воронеж, Красноярск, Новосибирск), а также в бывших советских республиках (книги выходили в Душанбе, Баку, Кишиневе, Харькове, Запорожье, Риге, Минске). В 1993 году на санкт-петербургском ТВ был сделан телеспектакль "Заповедник", по мотивам романа Саймака. Запись – хотя и не слишком хорошего качества – сохранилась, она есть в сети.

Любителям фантастики повезло – чего не скажешь о гоблинах. "Хорошие ребята, как на подбор, и сердца у них добрые", – такими словами аттестует О’Тул своих соплеменников. Увы, в те годы, когда число переизданий достигло пика, на наши телеэкраны вышел мультсериал о медведях Гамми. Гоблины там были отрицательными персонажами – огромными, злыми и тупыми (у Толкиена так выглядели орки). Потому-то слово "гоблин" с начала 90-х прижилось в русском языке в значении "малообразованный, некультурный, грубый человек, обычно физически крепкий". Если бы милейший ворчун О’Тул об этом узнал, он бы, наверное, заболел от огорчения. И жители заповедника остались бы без прекрасного, терпкого октябрьского эля…