«У меня рот зашит. Идёт к самоубийству»: сестра осуждённого из саратовской колонии рассказала о шокирующем письме из тюрьмы (публикуем это послание)

«У меня рот зашит. Идёт к самоубийству»: сестра осуждённого из саратовской колонии рассказала о шокирующем письме из тюрьмы (публикуем это послание)
© 64.fsin.gov.ru

Сегодня в СМИ появилась информация, что в тюрьме Балашова Саратовской области четверо осужденных, содержащихся в одной камере, «в демонстративно-шантажной форме совершили акт членовредительства». В региональном УФСИН сообщили, что объяснить сотрудникам администрации свои действия, а также от медицинской помощи заключенные отказались. В ведомстве заявили, что состояние осужденных оценивается как удовлетворительное, их жизни и здоровью ничего не угрожает.

Кроме того, стало известно, что в данной тюрьме, где содержат за совершение особо тяжких преступлений, трое осужденных отказались есть в столовой учреждения. В УФСИН по Саратовской области добавили, что эти осужденные продолжают получать продукты питания в посылках и передачах. В ведомстве особенно подчеркнули, что осужденным оказывают медицинскую помощь и сотрудники тюрьмы не применяют к ним физическую силу. 

«Вопросы питания, бытового обеспечения и оказания медицинской помощи спецконтингенту находятся на постоянном контроле сотрудников администрации учреждения и территориального органа», — заверили представители УФСИН.

На связь с редакцией ИА «Версия-Саратов» вышла сестра одного из осужденных, Ирина Чикарина. Она заявила, что ее 36-летний брат, Владимир Туманов, является одним из тех, кто «отказывается есть в колонии». Но, по ее словам, делать он это не может из-за того, что у него с пятницы, 26 февраля, зашит рот. Женщина переживает, что ее родственник может умереть.

«Моему брату дали 14 лет заключения за воровство и грабеж. Он никого не убивал, не насиловал, ни над кем не издевался. 10 лет он уже отсидел. Владимир находился в колонии Новотроицка. Потом, где-то полтора года назад, его перевели в балашовскую колонию. Как я поняла, брату в той колонии много нарушений выписали, за что, я не знаю. Был суд, который назначил ему более жестокое наказание для осужденного на определенный срок и Владимира перевели в крытую тюрьму Саратовской области. Здесь он должен остаться где-то до августа, а потом его должны снова отправить в Новотроицк.

До данного времени никаких конфликтов с представителями тюрьмы у брата не было. Год назад я приезжала к нему на свидание. Было все нормально. Я периодически нахожу по интернету адвоката и прошу его навестить моего брата. Я живу в Краснодарском крае и у меня такой возможности нет. Просто хочу убедиться, что мой брат жив-здоров.

Нанятый мной адвокат в очередной раз отправилась в эту пятницу, 26 февраля, к Владимиру в тюрьму. Ее не пустили. В понедельник юриста снова не хотели пускать, сначала говорили, что начальника нет, то еще что-то. Я почувствовала неладное и сама позвонила в приемную начальника. Со мной говорила майор-женщина (имя и фамилию ее я не запомнила). Она сказала, что к ней никто не обращался. С горем-пополам адвокат все же получила разрешение и смогла зайти, и что она увидела. На теле брата не было увечий, но у него зашит рот. По словам юриста, Владимир ей написал (поскольку говорить не мог), что ему угрожали насилием. Никаких подробностей я не знаю. Позже адвокат мне позвонила и скинула по what’s app письмо, которое мне просил передать брат. Он написал мне, что уже четыре дня не ест, у него зашит рот, и что местная администрация и прокуратура его не слышит. При этом, он говорит, что такой не один. В послании он просит меня прислать сотрудников страховой компании и правозащитников из Москвы, потому что «все идет к его самоубийству».

Я сразу начала звонить в администрацию этого учреждения. Сперва собеседница, представившаяся майором-помощником начальника, сказала, что в учреждении все хорошо, что «никаких инцидентов не зарегистрировано». Потом, когда я снова позвонила в тюрьму и спросила, зачем меня обманывают, она начала оправдываться, говорить, что сидит в штабе и никуда не ходит. Сегодня, когда появилась вся эта шумиха в СМИ, я снова попыталась связаться с представителями учреждения. Мне сказали, что не дают комментариев и просто молчали в трубку. Со мной просто не хотят разговаривать.

Получается, что с пятницы мой брат не может ни есть, ни пить, поскольку у него зашит рот. Я переживаю, что он может просто умереть там. А сегодня в СМИ я увидела, что УФСИН пишет, что здоровью и жизни осужденных ничего не угрожает.

Я написала обращение и в прокуратуру, и в СК по Саратовской и Московской областям. Никто не оправдывает моего брата, но также тоже нельзя, так нельзя издеваться над людьми. Я не знаю, что там произошло, бьюсь во все инстанции. Я не хочу, чтобы моего брата там убили или довели до самоубийства», — призналась женщина.