Органы в чёрном квадрате: в Саратове пытаются запретить выкладывать в интернет фото и видео с сотрудниками полиции при исполнении, вне зависимости от того, законно они действуют или нет

Органы в чёрном квадрате: в Саратове пытаются запретить выкладывать в интернет фото и видео с сотрудниками полиции при исполнении, вне зависимости от того, законно они действуют или нет
Сотрудники полиции Никоноров и Каржов во время рейда* / изображение с «запретного» видео, предоставленного читателем

Руководство УМВД по городу Саратову, похоже, решило создать прецедент — запретить гражданам выкладывать в открытый доступ фото и видео с сотрудниками полиции, если те не дали своего согласия на размещение. Такие требования были заявлены в суде, где наше издание привлечено в качестве соответчика.

В зале заседаний действующие стражи правопорядка на полном серьёзе заявили, что испытывают групповые «сковывание и дискомфорт» от внимания прохожих. А потом якобы не могут спать ночами и мучаются с головными болями.

Хотя, скорее всего, эти сотрудники на самом деле профпригодны. Просто их могли использовать для достижения определённой цели — возведения очередной бетонной стены, скрывающей правоохранительные органы от гражданского контроля.

 

Что случилось?

Случилась видеозапись, на которой запечатлены два сотрудника управления МВД по городу Саратову. Эту запись сделал житель областного центра Александр Кузовкин. Он прогуливался по Крытому рынку, как позже установит суд, без положенной в таких местах защитной маски на лице. Сам же Кузовкин заявил нашему изданию, что лишь временно снимал маску для того, чтобы «попробовать капусту» и прочий товар с прилавков.

В новости от 10 ноября 2020 года мы подробно описывали всё, что было дальше. Между Кузовкиным и полицейскими произошёл словесный конфликт, который нарушитель масочного режима снимал на видео. В ходе перепалки стражи правопорядка заявили под запись, что «не дают своего согласия на размещение этого видео в Сети». Сотрудники разрешили мужчине использовать материал лишь в качестве доказательств в суде или в прокуратуре. Представляться под запись они отказались.

Полагая, что его права нарушены действиями полицейских, Кузовкин обратился в редакцию ИА «Версия-Саратов» и предоставил «запрещённое» видео. Понимая, что на записи запечатлены действия стражей правопорядка при исполнении в общественном месте, мы совершенно спокойно опубликовали её в качестве иллюстрации к рассказу обратившегося читателя об очередном «масочном» рейде. Также корреспондент нашего издания попросил пресс-службу ГУ МВД региона прокомментировать произошедшее, однако в Главке отказались беседовать на эту тему.

Как выяснилось позже, наша публикация стала поводом для проведения служебной проверки. О её результатах пресс-служба областной полиции рассказала 22 декабря прошлого года. В сообщении говорилось о том, что Кузовкина в итоге привлекли к ответственности за нахождение в общественном месте без маски — административный материал был рассмотрен в суде ещё 27 ноября 2020 года. Кроме того, отмечалось, что в действиях сотрудников полиции при задержании мужчины «нарушений не установлено».

Казалось, что тема закрыта. Но не тут-то было.

 

«Я стал узнаваем на улицах города»

Уже в 2021 году нам стало известно о том, что в Октябрьский районный суд Саратова поступило два исковых заявления об охране изображения и компенсации морального вреда. Первое — за подписью инспектора патрульно-постовой службы, лейтенанта полиции Дмитрия Никонорова. Второе — от полицейского-водителя, сержанта полиции Александра Каржова. Третьим лицом (не заявляющим самостоятельные требования) было указано УМВД по Саратову.

В качестве ответчиков значились Александр Кузовкин и редакция ИА «Версия-Саратов». От Кузовкина каждый истец требовал по 50 тысяч рублей компенсации за причинённый моральный вред. От нас — удаление «запретного» видео из новости.

Оба иска идентичны вплоть до запятой (отличаются только ФИО заявителей). В заявлениях рассказывается о том, как стражи правопорядка поймали нарушителя масочного режима Кузовкина. И о том, что запретили ему распространять видеозапись задержания. После этого приводится содержание прошлогодней новости ИА «Версия-Саратов» об этом случае и указание на то, что к материалу приложено видео.

Сотрудники полиции отмечают в исках, что благосклонно позволили задержанному снимать их. «Воспрепятствовать данному процессу я не стал, так как Кузовкин Д. А. данную видеозапись мог использовать в качестве доказательств в суде или прокуратуре», — вторят друг другу Никоноров и Каржов. А дальше начинается лирика.

«Несмотря на то, что я являюсь сотрудником полиции, я остаюсь гражданином РФ, наличие на мне формы и жетона не лишает меня гражданских прав. Следовательно, моё изображение охраняется законом», — заявляют стражи правопорядка, и рассказывают о том, что «внешность гражданина является нематериальным благом, принадлежащим гражданину от рождения».

Также они ссылаются на охраняемую законом тайну внешнего облика. Отметим, что оба полицейских, как и положено, в момент патрулирования рынка сами были в масках. На запись они тоже попали со скрытыми лицами, но, похоже, решили, что и этого мало. Может, сочли очень выразительными свои глаза, или бугорки носов под масками?

Так или иначе, в этом вопросе саратовские полицейские выступили против позиции своих же коллег из соседнего города. Напомним, представители МУ МВД РФ «Энгельсское» на протяжении нескольких месяцев не оставляют попыток наказать местного коммуниста за то, что тот принимал участие в одиночном пикете с надетой на лицо медицинской маской. По мнению энгельсских полицейских, маска полностью препятствует идентификации человека, так что они сочли пикетчика нарушителем, намеренно скрывавшим своё лицо от посторонних в ходе массового мероприятия.

Впрочем, даже если не брать в расчёт то, что едва ли кто-то мог покуситься на нематериальное благо (лицо) полицейских под масками, их претензии всё равно выглядят абсурдными. Представители власти, коими являются стражи правопорядка, производят задержание нарушителя в общественном месте. Какие и от кого могут быть тайны при этом?

«От публикации моего изображения я ощутил дискомфорт, нравственные страдания от излишнего внимания к моей личности со стороны общественности. Мне причинён моральный вред от постоянного переживания из-за многочисленных размещённых комментариев под данным видео граждан. В результате оглашения моих персональных данных и демонстрации на данной видеозаписи, я стал узнаваемым на улицах города, отчего стал ощущать сковывание и дискомфорт. Данные обстоятельства не дают мне в полной мере исполнять должностные обязанности, так как я работаю с гражданами. На фоне всего происходящего у меня возникли головные боли, появилась бессонница», — откровенно заявили в исках о своей сомнительной профпригодности Никоноров и Каржов.

Кстати, оба в суде, отвечая на вопрос нашего представителя, сообщили, что продолжают работать в органах. При этом они не захотели говорить, подавали ли рапорт вышестоящему руководителю о том, что став «узнаваемыми на улицах города» больше не могут «в полной мере исполнять должностные обязанности».

О том, кто именно готовил такие откровенные и идентичные исковые заявления, полицейские также умолчали. Впрочем, совсем скоро стало очевидно, кто в действительности выступал инициатором этого странного судебного разбирательства.

 

Позиция МВД: снимать — можно, выкладывать — нет

— После того, как это видео было размещено в соцсетях, меня начали узнавать на улицах. Мне стали писать знакомые. Даже при задержании граждан за административные правонарушения, рядом проходящие лица показывали на нас пальцем. И даже защитные маски надеваем, всё равно это не помогает, — заявил лейтенант полиции Никоноров, выступая в суде.

Он признал, что на видео запечатлены законные действия как его самого, так и напарника. Но это всё равно каким-то образом повлияло на стража правопорядка, развив у него, по всей видимости, социофобию. 

— Я действовал согласно закону о полиции. Наши действия были правомерны. А как гражданин Российской Федерации я испытал моральные страдания. В связи с тем, что моё изображение было размещено в социальных сетях. Хотя я и мой напарник не давали согласия на размещение данного видео. Просмотров очень много было. От моих знакомых поступали звонки, моим знакомым поступали звонки. Спрашивали: почему, как, за что? На улице меня узнавали, подходили, спрашивали, — обосновал своё беспокойство полицейский.

В свою очередь Александр Каржов, по его словам, сильно страдал от комментариев к видео.

— Комментарии были оскорбительные. В них не упоминались наши данные, но описывалась наша внешность, — заверил он.

После этого свою позицию озвучила представитель третьего лица — начальник правового отделения УМВД по городу Саратову Светлана Вдовина. С её слов стало понятно, что заявления, по всей видимости, готовили не сами истцы, а сотрудники отделения. И, похоже, без помощи этого отделения ни Никоноров, ни Каржов так бы и не узнали о том, какие моральные страдания им причиняют «узнаваемость» и внимание граждан.

 

Вдовина

Светлана Вдовина* / фото (до обработки) с сайта городского УМВД

 

Оказалось, что всё началось с обнаружения нашей новости специалистом по связям со СМИ УМВД России по городу Саратову, лейтенантом внутренней службы Э.А. Абжалимовой. Она составила рапорт на имя начальника городского управления Андрея Чепурного. В рапорте говорилось про опубликованное видео, на котором полицейские запрещают выкладывать запись в интернет.

По этому факту Чепурной распорядился провести служебную проверку. Из заключения этой проверки, приобщённого к материалам дела в суде Вдовиной, следует, что в действиях полицейских никаких нарушений установлено не было. Тут же приводится информация о том, что один из стражей правопорядка — лейтенант полиции Дмитрий Никоноров — имеет действующее дисциплинарное взыскание — строгий выговор, объявленный руководством в марте прошлого года.

Кроме того, к изучению публикации нашего издания о задержании «любителя капусты» Кузовкина привлекли Экспертно-криминалистический центр ГУ МВД РФ по Саратовской области. Впрочем, эксперты установили лишь то, что задержанный, чья прямая речь приводится в новости, негативно оценил действия полицейских.

И тогда, судя по всему, в дело решило включиться правовое управление городского МВД.

— Было принято решение об оказании правовой помощи в подаче искового заявления о защите права на изображение и возмещении морального вреда. Считаем, что права и законные интересы сотрудников полиции нарушены. Мы разъяснили, какие негативные последствия повлекла для них данная публикация, — честно заявила начальница отделения Вдовина в суде.

Но это ещё не всё. На вопрос представителя нашего издания — адвоката Елены Сергун — о том, какую позицию по поводу использования изображения полицейских занимает УМВД города, Светлана Вдовина ответила:

— Мы считаем, что в случае отказа сотрудников полиции на размещение их изображения, никто не может размещать их изображение. Вне зависимости от того, законно они действуют или нет.

Позже представитель УМВД развёрнуто объяснила, что имела в виду. Хотя легче от этого не стало.

— Данные пояснения были в том ключе, что незаконность действий сотрудников органов внутренних дел должна быть установлена в установленном законом порядке. И не должна являться средством выражения мнения какого-то лица. Поскольку мы живём в правовом государстве, порядок признания действий каких-либо сотрудников незаконными установлен законодательством. Поэтому, только при его соблюдении действия могут быть признаны незаконными.

 

Чепурной

Начальник УМВД по городу Саратову Андрей Чепурной* / © ИА «Версия-Саратов»

 

То есть, если мы всё правильно поняли, то в идеальном мире руководства УМВД Саратова любой полицейский может запретить человеку выкладывать в Сеть фото и видео, на которых запечатлена работа этих сотрудников. А если там, допустим, отснято изнасилование стражами правопорядка задержанного, скажем, бутылкой из-под шампанского, то придать огласке такое можно лишь после того, как следственные и судебные органы установят: да, в этом случае полицейские действовали незаконно?

Но в том-то и проблема. Для многих людей публикация фото- и видеоматериалов в Сети (в том числе — в СМИ) зачастую является последним шансом. С этим они связывают свои надежды — что их проблемой действительно займутся, дело не будет замято и не сгниёт в архивах. А в каких-то ситуациях это может спасти жизни.

Даже само МВД, в структуре которого находится служба собственной безопасности, заинтересовано в выявлении недобросовестных сотрудников в своих рядах. А подобными запретами, фактически, может быть уничтожен один из способов народного контроля над деятельностью органов внутренних дел.

 

«Создаются условия для нарушения прав граждан»

Адвокат Елена Сергун в суде особо подчеркнула, что изображение полицейских было использовано в общественных и публичных интересах. А получено оно при съёмке в месте, открытом для свободного посещения.

— Полагаю, что участие УМВД по городу Саратову в этом деле в качестве третьего лица является политически обусловленным. И имеет целью создать прецедент для незаконного ограничения конституционного права граждан на доступ к информации, путём запрета на использование изображения сотрудников полиции в момент исполнения ими своих обязанностей по охране общественного порядка.

Если любой сотрудник полиции при исполнении будет выкрикивать: «Я запрещаю выкладывать моё изображение в интернет», то таким образом будут созданы условия для нарушения прав граждан.  

Сотрудникам полиции нечего было стесняться. Они осуществляли свои законные действия, что позже подтвердила и внутренняя проверка. И что не отрицают сами истцы. Ни их лицо, скрытое маской, ни их глаза, которые только и были видны из-под шапки, не были объектом съемки. На видео представлена конфликтная ситуация, возникшая между сотрудниками полиции и гражданином, нарушившим, как позже было установлено в суде, масочный режим, — подчеркнула Елена Сергун, отметив, что представителями МВД, по её мнению, предпринимается попытка искусственно отделить публичную деятельность сотрудника полиции от персонального права физического лица на охрану его изображения.  

Также адвокат озвучила позицию Министерства внутренних дел России по поводу соблюдения прав граждан свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию. К слову, права эти закреплены в Конституции РФ (ч. 4 ст. 29).

Оказывается, на официальных сайтах ГУ МВД других субъектов федерации размещены подробные пояснения по этому поводу. И там приводятся ссылки на различные законы, указы и приказы, которыми разрешается съёмка сотрудников полиции и, в частности, дальнейшее использование отснятого материала.

Например, обширные разъяснения содержатся на платформе официального сайта МВД по республике Марий Эл. Там, кстати, помимо прочего, говорится о праве граждан проносить на территорию и в здания органов внутренних дел сотовые телефоны: «Не требуется отдельного разрешения для проноса сотовых телефонов, но съёмка ими на режимной территории запрещена все равно».

Напомним, в Саратовской области стражи правопорядка не пропускают с телефонами в свои здания не только рядовых посетителей, но даже адвокатов. Юристы пытаются оспорить такие действия местных полицейских начальников в судах, о чём мы уже рассказывали ранее. Но пока проблема не решена

Как ни странно, подобных разъяснений на сайте ГУ МВД по Саратовской области нам найти не удалось.

— В Саратове закон всегда пытаются истолковать немного по-другому. При этом, как я считаю, в ущерб правам и законным интересам граждан, — резюмировала Елена Сергун в ходе судебного заседания.

 

Суд встал на сторону здравого смысла. Но в УМВД не сдаются

В итоге, судья Октябрьского районного суда Саратова Роман Рыбаков вынес решение об отказе в удовлетворении требований, заявленных представителями городского УМВД.

«Поскольку спорная видеозапись осуществлялась на улице, в общественном месте, при проведении общественно-значимого мероприятия, связанного с соблюдением гражданами «масочного режима», в том числе выявлением и пресечением административных правонарушений, она касалась исполнения истцами своих функций как должностными лицами и представителями власти, то их согласие на распространение и опубликование данной видеозаписи не требовалось.

Освещение средством массовой информации вопросов, имеющих повышенный общественный резонанс, а также не связанных с освещением частной жизни сотрудников полиции, не противоречит закону.

При таких обстоятельствах оснований для запрета использования, удаления изображения истцов, а также компенсации им морального вреда не имеется и иск удовлетворению не подлежит», — говорится в решении.

Однако в городском управлении полиции, похоже, не оставляют попыток запретить гражданам использовать один из способов защиты — огласку. Согласно информации, размещённой на сайте Октябрьского районного суда, представитель УМВД по городу Саратову Светлана Вдовина не согласилась с выводами судьи Рыбакова. Она подала апелляционную жалобу в Саратовский областной суд.

Мы продолжим следить за развитием событий.

 

* В этом материале мы попытались представить, как, по задумке руководства УМВД Саратова, скорее всего должны выглядеть иллюстрации материалов в СМИ, посвящённых работе полиции. Официальные представители городского управления продолжают настаивать на том, что без согласия сотрудника полиции его изображение использовать нельзя. Всякий раз запрашивать у этих деятелей нотариально заверенные разрешения (чтобы было чем отбиваться от нападок в суде) — затруднительно. Так что, один из возможных выходов из этого тупика — чёрный квадрат.

Материалы по теме