Рыть или не рыть: найденные при «благоустройстве» Горпарка Саратова черепа могут быть эхом холерного кладбища «Красный крест»

Работы в парке проводятся в рамках освоения 200 миллионов рублей. Деньги поступили в нищий бюджет Саратова по федеральной программе и предназначались на обустройство зелёных зон, за которые отдавали голоса местные жители. Горпарка среди претендентов не было, за него не голосовали, но деньги чиновники каким-то образом вынули и активно осваивают (хочется верить, что в ближайшее время этому процессу дадут оценку компетентные органы).

Когда здесь впервые достали из земли человеческие останки, наблюдатели заподозрили, что речь может идти о вторжении рабочих в слои земли, которые укрывают старинные захоронения начала 19 века. Тогда в этом районе располагалось кладбище, названное в народе Красный Крест. И там закапывали умерших от холеры.

Кладбище, которое официально заканчивалось возле Городского парка со стороны улицы Сергиевская (ныне — улица Чернышевского), быстро переполнилось в 1836 году, когда в Саратове лютовала страшная зараза. В 2016 году мы уже рассказывали об этом в публикации под заголовком «Некрополь или джунгли?»

«Ежедневно от «волжской болезни» в Саратове, насчитывающем на тот период чуть более 50 тысяч жителей, погибало порядка 300 человек. При такой убийственной убыли город мог исчезнуть за полгода.

Первоначально умерших от холеры хоронили на погосте, располагавшемся на месте нынешней Ильинской площади. Когда здесь не осталось мест, жертв эпидемии стали погребать на кладбище на водоразделе двух оврагов между нынешним Горпарком и Волгой (его в народе называли «Красный крест»). Однако и это захоронение быстро переполнилось», — говорилось в публикации, основанной на краеведческих изысканиях.

После того, как 27 апреля в Городском парке откопали ещё один череп, подозрения в подъёме из земли холерных захоронений усилились. К слову, об опасности таких последствий саратовцев предупреждали уже ранее.

Так, в 2021 году, например, на тот момент в первый раз мэр Саратова Михаил Исаев был вынужден выступать с официальным опровержением из-за работ по обустройству пляжа, начавшихся на новой набережной. Тогда он сделал такое заявление: на месте, выбранном под пляж, никогда не было холерного кладбища, оно было «ниже в Октябрьском районе», но в ходе городской застройки «его убрали».

Однако в случае с пляжем, где, фактически, глубинные раскопки не велись, а, напротив, производилась песчаная отсыпка, костные останки не находили. А в Горпарке, которого ранее никакая городская застройка не касалась, уже обнаружились два черепа.

В связи с этим, хотелось бы увидеть, какие проектные работы проводились новым балансодержателем особо охраняемой природной территории (ООПТ) — комитетом дорожного хозяйства и благоустройства (председатель Андрей Бондарев). Ранее наше издание пыталось выяснить у нынешнего главы администрации Саратова Игоря Молчанова, где можно ознакомиться с этим проектом и проходил ли он государственную экспертизу. Однако тщетно.

В ответе на запрос ИА «Версия-Саратов» от 25 марта 2026 года (тогда ещё не пониженная до начальника управления) и. о. заместителя главы по благоустройству и развитию городской среды Татьяна Рыхлова подчёркивала, что намеченные работы в Горпарке якобы «не относятся к видам работ по реконструкции объекта».

Устройство свай, прокладку труб и кабелей, разработку грунтов экскаваторами и прочие работы на территории ООПТ чиновники прикрыли словом «благоустройство». Судя по всему, чтобы было меньше резонных вопросов у компетентных органов.

Так что, имеются большие сомнения по поводу того, как городские власти проводили историческую экспертизу особо охраняемой природной территории, в которую решили сунуться со сваями и экскаваторами. Скорее всего, они проводили её НИКАК.

Едва ли, прежде чем разрешать рыть траншеи там, где это удобно заказчику и исполнителю, кто-то в мэрии удосужился найти архивные документы, касающиеся холерных захоронений. Между тем, даже незначительное углубление в эту тему позволило нашему изданию получить весьма интересные свидетельские показания от сентября 1881 года.

Тогда «Саратовские губернские ведомости» опубликовали серию статей исследователя Александра Минха под заголовком «Кладбища в Саратове». Материал был основан на одноимённой рукописи покойного протоирея города Вольска Алексея Росницкого, переданной в издание и датированной 1843–1846 годами. Кроме того, материал был дополнен собственными изысканиями Минха. В том числе — личным осмотром кладбища «Красный крест» в 1880 году.

В частности, автор рассказывает о том, как в ходе изучения прошёл «довольно порядочное расстояние» по Сергиевской улице «за кладбищенским оврагом, который берёт начало в институтском саду». Речь, надо полагать, идёт о саде, разбитом за главным корпусом Саратовского Мариинского института благородных девиц (сейчас тут размещается школа № 95, территория которой соседствует с Горпарком со стороны 2-й Садовой).

Получается, что «кладбищенский овраг» мог идти через большую часть нынешнего Городского парка Саратова, вплоть до кладбища «Красный крест». И едва ли он получил такое название просто так.

К слову, само здание бывшего института благородных девиц является памятником архитектуры. И прямо сейчас у него под окнами чиновники, руками подрядной организации, весьма размашисто осваивают 200 миллионов через «благоустройство». Согласовывалисьли эти работы в охранной зоне памятника с министром — председателем комитета культурного наследия Саратовской области Владимиром Мухиным — также большой вопрос, ответить на который мы постараемся в ближайшее время.

Пока же работы то ли по прокладке кабелей, то ли по эксгумации тел в Городском парке идут полным ходом. А хотелось бы, чтобы ответственные лица уже прервали молчание и рассказали о том, что конкретно они там нашли и какими будут их дальнейшие действия. Иначе поводов для разного рода предположений у жителей будет только прибавляться.

Мы продолжим следить за развитием событий.