«Необоснованно облили грязью»: обвиняемого в передаче взятки предпринимателя Каграманяна отказались возвращать в СИЗО, несмотря на опасения прокуратуры

Сегодня, 13 апреля, в Саратовском областном суде рассматривалась жалоба прокуратуры на избрание меры пресечения саратовскому предпринимателю Эдуарду Каграманяну. Прокуратура попыталась оспорить это решение и добиться более строгой меры пресечения.

Как ранее сообщил корреспонденту ИА «Версия-Саратов» источник в правоохранительных органах, этот предприниматель, действуя в интересах ООО «Саратовская специализированная техника», передал крупную взятку. По версии следствия, речь шла о попытке воспрепятствовать подаче иска о возмещении государству ущерба, причиненного компанией фигуранта в результате складирования отходов в Заводском районе Саратова. Сумма ущерба называлась в размере миллиарда рублей. Этой историей заинтересовался глава СК РФ Александр Бастрыкин.

Несмотря на это, 27 марта в Волжском районном суде судья Татьяна Садомцева постановила выпустить Каграманяна из СИЗО и назначить ему меру пресечения в виде запрета определённых действий.

Председательствовала в процессе судья Юлия Авдеенко. Она озвучила позицию прокуратуры. По её словам, надзорный орган посчитал решение суда незаконным и необоснованным.

«Суд не принял во внимание тяжесть вменённого преступления, противоречащего интересам государственной власти. Не исключена возможность влияния Каграманяна на свидетелей из числа его сотрудников с целью изменения ранее данных ими показаний», — говорится в доводах прокуратуры, которая также посчитала, что в целях избежания ответственности Каграмян может скрыться от следствия и суда.

Присутствовавшая на заседании прокурор Мария Доронина поддержала позицию своего ведомства и заявила, что избранная мера пресечения не соответствует тяжести и общественной опасности деяния.

На сегодняшнее заседание фигурант пришёл с «группой поддержки» в виде сразу трёх адвокатов и слушателя, который не представился. Интересы предпринимателя представляют Грант Цатурян, Ксения Литвинова и Руслан Степнов. Адвокат Таймураз Тотиков также нанят, но на это заседание не явился. Адвокат Цатурян изложил позицию защитников следующим образом:

«Апелляционное представление имеет цель пересмотреть те обстоятельства и те доказательства, которые уже были изучены судом первой инстанции. Как мы считаем, они были изучены в полном объёме и суд обосновано пришёл к своему выводу.

Следствие ходатайствовало о продлении меры пресечения на два месяца, то есть до 10 месяцев. И суд обоснованно пришёл к выводу, что данное ходатайство должно иметь мотивы на день его рассмотрения.

На день рассмотрения ходатайства тяжесть обвинения, а также иные основания: угрозы свидетелям, потерпевшим каким-либо, — они отсутствовали. Следователь сам сказал об этом в ходе заседания: что каких-либо сведений, что имеются такие обстоятельства просто нет.

Нам не понятна надобность такого апелляционного представления, когда человек уже восемь месяцев сидел в СИЗО. А его опять как будто надо обратно поместить. Две недели он ничего не нарушал, следователь его к счастью или к сожалению не вызывал, а если бы вызвал, он бы пришёл».

Сам Каграманян сообщил в ходе заседания, что уже две недели находится на территории города со своей семьёй и не нарушает предписанных условий.

«У меня паспорт в кармане. У меня нет мысли скрыться», — заявил фигурант.

Судье Юлии Авдеенко понадобилось около пяти минут, чтобы вынести решение. В итоге постановление Волжского районного суда от 30 марта было оставлено без изменений, апелляционное представление прокуратуры без удовлетворения. Услышав, что его не отправят снова в СИЗО, Каграманян перекрестился.

Стоит отметить, что «группа поддержки» Каграманяна в ходе процесса реагировала на присутствие нашего корреспондента негативно.

«Я потом вас найду, смотрите, если будут плохие фото», — неуместно пошутил адвокат Грант Цатурян.

Перед заседанием сопровождавшему фигуранта мужчине показалось, что его снимают. После оглашения решения он же заявил, что Каграманяна «необоснованно облили грязью». Однако в чём конкретно это выражалось, — не пояснил.

Мы продолжим следить за развитием событий.