Владелица саратовского кирпичного завода подозревает, что её маму в очередной раз пытаются сделать «заложницей» ради вывода активов

Владелица саратовского кирпичного завода подозревает, что её маму в очередной раз пытаются сделать «заложницей» ради вывода активов
Семья Пугачёвых до развода / фото предоставлено Анастасией Пугачёвой из личного архива

На связь с редакцией нашего издания вышла Анастасия Пугачёва — владелица помещений кирпичного завода, расположенного в Саратове на Песчано-Умётском тракте. Она рассказала, что её отец — Алексей Пугачёв — продолжает предпринимать попытки получить в собственность её производство. И эти попытки сказываются на матери Анастасии — помощнике прокурора Саратовского района Елене Пугачёвой.

Историю этого завода мы подробно описывали в 2018 году в публикации под заголовком «Просят кирпича». Напомним, всё началось с развода Елены и Алексея Пугачёвых, в результате которого производственные помещения остались в собственности их дочери — Анастасии. Девушка стала руководить бизнесом, поскольку её мама, работая в надзорном органе, не могла принимать участия в коммерческой деятельности.

Между тем, на протяжении уже нескольких лет от Алексея Пугачева в различные инстанции поступают заявления о том, что сотрудница прокуратуры якобы участвует в управлении заводом. Компетентные органы неоднократно проверяли такие доводы, но не находили им подтверждения. Однако, судя по словам обратившейся, на этой неделе в борьбе за активы предприятия произошёл новый виток.

Вот, что рассказала ИА «Версия-Саратов» Анастасия Пугачева:

«На днях мне стало известно, что каким-то изданием при содействии моего отца вновь готовится к публикации очередная статья о том, что мама причастна к работе кирпичного завода. Думаю, что цель этой публикации осталась прежней и очевидной — добиться увольнения мамы со службы и таким образом в который раз надавить на меня.

Ведь всё имущество завода по-прежнему принадлежит мне, а отец любыми способами хочет получить эти активы. Вот и пытается воздействовать на меня, создавая для мамы неприятности. И его не останавливает тот факт, что добиваясь увольнения, он может лишить работы и средств к существованию мать своих троих детей. Но, как я понимаю, в борьбе за завод для отца все средства хороши.

Я предполагаю, что эта готовящаяся публикация ни о чем новом не поведает, все те же надуманные обвинения. Мой отец уже обращался в 2019 году в надзорные органы с сообщением о причастности моей матери к руководству заводом. По его заявлению в ведомстве проводили серьезную комиссионную проверку. Однако, этой проверкой не были установлены факты участия Елены Пугачевой в коммерческой деятельности завода. Комиссия не нашла оснований для привлечения мамы к какой-либо ответственности.

И вот теперь — всё заново. Получается, что руководство надзорного органа вынуждают влезать в наши семейные разборки. И хоть мама ни в чем не виновата и не имеет отношения к управлению заводом, боюсь, что все эти многократные заявления моего отца могут все же повлечь для нее неприятности. Мне бы, конечно, этого не хотелось, потому что она дорожит своей работой и нареканий по службе не имеет.

Думаю, что это постоянное нагнетание отцом ситуации, в том числе посредством СМИ, повторение одних и тех же «жареных» фактов, может быть нацелено именно на руководство прокуратуры с тем расчетом, что ему проще будет расстаться с сотрудницей, чем реагировать на многочисленные заявления Пугачева. И хотя приведённая в заявлениях информация в итоге не подтверждается, но осадочек, как говорится, остаётся.

Меня удивило известие о предстоящей публикации еще и потому, что завод уже больше года простаивает из-за пандемии и проблем с глиняным карьером. При таком положении дел, тем более непонятно, о каком участии мамы в деятельности завода может идти речь, если он в принципе не работает?

После развода родителей прошло уже более трёх лет. Всё имущество по суду между ними давно поделено. Помещения завода с 2011 года принадлежат мне. По поводу оборудования также состоялись судебные решения. Однако, несмотря на это, отец никак не может успокоиться.

Идея отобрать у меня завод, по-моему, стала просто навязчивой. И не думаю, что здесь можно говорить, что он ратует за соблюдение закона или чьих-либо прав. Наверное, им руководят иные мотивы. Может обида и месть? Однако борьба-то им в итоге ведётся не только с бывшей женой, но и с собственными детьми. Моей младшей сестре всего 8 лет. Ей бы хотелось общаться с отцом в дружелюбной обстановке.

Хотела бы отметить, что ранее уже предпринимались попытки сомнительными методами заполучить имущество кирпичного завода. Так, в 2020 году маме некий аноним прислал аудиозапись, на которой были записаны два мужских голоса. Один из них идентичен голосу моего отца. И этот голос прямым текстом говорит в отношении мамы такие фразы: «Надо от неё уже избавляться», «Надо закрывать эту тему», «Давайте быстрее заканчивайте с ней» и так далее.

Вместе с этой аудиозаписью пришло сообщение следующего содержания: «Семье Пугачевых! Вашему вниманию представляется аудиозапись, как ваш муж вас заказывает, правда „специфическим образом“, в то время как вы с ним заключили мировую». И подпись: «Добрый волшебник».

Под «специфическим образом» из записи понималось наведение на маму «смертельной порчи». Но шла ли речь о каких-то оккультических вещах или это какой-то шифр и конспирация — непонятно.

Эта аудиозапись имеется в нашем распоряжении. Мама сразу же сообщила об этом в областную прокуратуру. Там этой информацией обладают.

А годом ранее к ней на работу приходили некие подозрительные люди. Прямо в кабинет в прокуратуре. Они предложили маме подписать соглашение о передаче заводских помещений. При этом, беседа шла с таким посылом: вы подумайте о своих детях.

По факту того, что в отношении мамы были совершены провокационные действия, она тоже докладывала в прокуратуру. Считаю, что отец настойчиво действует путем давления на маму, хотя помещения ей даже не принадлежат. И распоряжаться ими она не может, поскольку я — совершеннолетняя.

То, что происходит сейчас, я воспринимаю как очередную попытку отобрать у меня имущество. Маму, можно сказать, берут в заложники, запугивая какими-то грядущими «разоблачениями», которые уже сто раз были проверены и опровергнуты. Все это, полагаю, для того, чтобы я в очередной раз задумалась: не отдать ли отцу активы предприятия, пока не произошло что-то плохое. Мое обращение — это крик души. Мы устали от нападок отца. Хочется ему сказать: «У тебя уже другая семья. Живи спокойно, работай и дай нам, твоим детям, также спокойно работать и учиться», — завершила свой рассказ Анастасия Пугачёва.

Мы продолжим следить за развитием событий.